Реми провела пальцами по бедру, нащупывая вшитый в рубашку потайной кармашек. Сжав в кулаке мешочек с оберегами, девушка ощущала вибрирующую силу кольца Шиль-де.

Стоит надеть его на палец, и талисман защитит ее от любой смертельной опасности. Теперь, когда Реми оказалась этой темнице, вряд ли она выйдет отсюда живой, но… как же Хейл?

Девушка хотела приберечь силу кольца для него или для Руадоры. У Реми не было никого дороже ее суженного и ее сестры, и они тоже нуждались в защите. Может, они не потеряны для нее навсегда? И она сумеет узнать, где они… И живы ли они.

Реми прогнала страшную мысль. Нет, она не наденет это кольцо.

Сквозь железную решетку двери виднелся мрачный коридор, освещенный единственным факелом, прикрепленным к стене.

Реми таращилась в темноту, но ничего не смогла рассмотреть. Ей хотелось окликнуть Хейла – узнать, здесь ли он. Но потом она передумала: кто угодно мог услышать ее.

По всему выходило, что она все еще находится в настоящем облике фейри. Знают ли ее враги, кто она? Хейл… Неужели его схватили, потому что он ей помог? Реми почувствовала где-то рядом его запах, но сразу поняла, что он исходит от нее самой. Его пьянящий аромат сохранился на ее коже после их страстных любовных объятий. Боги, она должна его найти.

Реми сосредоточилась на замке камеры, пытаясь открыть его с помощью красной магии. Ничего. В замке даже не щелкнуло. Девушка присмотрелась к железным прутьям, на которых были выгравированы буквы на мхенбике, защищая темницу от колдовства.

Ничего удивительного. Тринадцать лет в Северном королевстве ловили и пытали ведьм – за это время наверняка научились, как их удержать.

Так что и магия ей не поможет… Но Реми почти всю жизнь притворялась человеком. В этом облике она научилась многому – не только магии – и знала, что любую запертую дверь можно открыть. Если есть отмычка.

Изучив разбросанные кости, Реми выбрала самую толстую, проглотив подступившую к горлу желчь.

Те куртизанки из таверн научили ее не только краситься. Когда ей было всего восемь лет, Реми успешно отпирала для них замки отмычкой. И сейчас она молилась, чтобы этот обломок не сломался в замочной скважине.

Реми осторожно крутила костью туда-сюда. Если бы она была в человечьем обличье, то прижимала бы ухо к двери, но с острым слухом фейри она в этом не нуждалась. Девушка еще пару раз повернула кость.

Она прислушивалась, прислушивалась. Вот.

Реми с силой нажала на толстый обломок, раздался громкий щелчок, и дверь отворилась. Девушка замерла, ожидая услышать топот стражников. Прошла минута – никто не появился.

Реми очень осторожно открыла дверь, но ржавые петли предательски заскрипели. Она снова застыла – тишина. Распахнув дверь настолько, чтобы только протиснуться, девушка выскользнула в коридор.

Вернув на место створку, Реми вытащила из замка куриную кость – она ей еще понадобится.

Девушка тихо кралась по коридору. Слева от нее шли камеры. Она останавливалась перед каждой. Многие были пустыми, но в некоторых находились узники. Кто-то умер, и тела даже не убрали. Остальные давно покорились своей судьбе и при виде Реми даже не подняли головы. Кто они? Как оказались здесь?

Реми думала о Ексширском храме. Неужели северяне обнаружили красных ведьм? Или они все еще в безопасности в тех лесах? Где Руадора? Реми почти добралась до нее, мечтая обнять сестру, чтобы их разлучили снова.

В этой клетке лежал очередной труп, и в жилах Реми закипел гнев. И в этом тоже повинен Северный король. Он везде сеет смерть.