|
Это... может стать проблемой. Огненный маг Динорэ ди Акшэ была пугающе компетентна даже в тех областях, которые были весьма далеки от ее основной специализации, но она никогда не проявляла склонности к «этим безумным авантюрам» и прочим глупостям, коими занимались маги‑воины. Что уже само по себе заставляло задуматься, насколько новообретенный титул был данью ее способностям, а насколько – прихотью ее могущественных покровительниц. Конечно, за годы скитаний по далеким мирам и океанам вместе с Таш д'Алорией стареющая волшебница скорее всего получила больше боевого опыта, чем любой другой маг в городе (любой, кто оказывался в обществе Таш д'Алория, довольно быстро приобретал куда больше неприятного опыта, чем ему хотелось бы). И все равно при мысли о состоянии, в котором находится ложа боевых магов накануне нападения вражеского флота, Тэйона охватывала философская меланхолия.
«Лаэссэйцы. Будут интриговать за право первым выпрыгнуть в окно, даже когда горящая крыша уже падает им на головы». Магистр воздуха презрительно дернул уголком рта и еще раз пробежался по залу цепким, ищущим выход взглядом. Хотя только члены Совета восседали сейчас на своих предопределенных традицией местах, они ни в коем случае не были единственными присутствующими. За колоннами, оделяющими Совет от остального помещения, почти все уровни помещения были заполнены напряженно молчащими людьми. И в этот момент все взгляды были направлены в центр полукруга, составленного креслами советников. Там поддерживаемая магистром ди Акшэ, плавала проекция карты моря Лаэ с указанными на ней векторами движения противника, а также с разверткой их собственных сил. Рядом стояло изображение леди адмирала д'Алория, столь реальное, что казалось, госпожа адмирал присутствует на собрании во плоти. О том, что на самом деле она сейчас на мостике своего флагмана, выходящего из залива в открытое море, напоминал лишь плащ, раздуваемый невидимым ветром, да мокрые пряди, прилипшие к вискам. Разумеется, первой леди Адмиралтейства нечего было делать на палубе корабля, направляющегося для столкновения с превосходящими силами противника. Ее дело – сидеть в самой хорошо защищенной комнате в самой мощной из крепостей и руководить всей войной в целом, а не отдельными стычками. В данном случае, однако, даже самые педантичные поборники уставов и правил не посмели ей возразить. Таш была лучшим (если не единственным) боевым адмиралом по эту сторону Шенойского портала, а в случае, если вражеский флот все‑таки сможет захватить город, Совету и королеве от живой главы Адмиралтейства будет ненамного больше толку, чем от мертвой. – ...таким образом, – Таш машинально отбросила с глаз выбившуюся из прически темную прядь, – ночное нападение противнику невыгодно. Это дает нам время, чтобы выйти на позиции. – Вам удалось уточнить численность имперских эскадр, первая леди? – чуть громче, чем требовалось, спросил ди Эверо. – Предварительные оценки подтвердились, уважаемый глава Совета. В обычных условиях я бы сказала, что флот Лаэссэ может встретить вдвое превосходящие силы противника и выйти победителем, однако в данном случае у нас недостаточно информации для анализа. Я еще раз покорнейше прошу Совет и в особенности Академию уделить внимание анализу докладов о поддержке противника теологическим вмешательством. Нам необходимы точные данные о природе этого явления и о способах борьбы с ним. – Академия уже высказалась по поводу этих так называемых «докладов», первая леди! Вмешательство божественных сил на территории города невозможно. Мы имеем дело всего лишь с необычной формой магии, и я не вижу смысла в дальнейшем распространении нелепых суеверий и пустых слухов! На мгновение повисла пуаза, и Тэйон почти физически ощутил, как его жена удержалась от множества разнообразных (и в большинстве своем довольно неприличных) фраз, вертящихся на языке. |
