Один из бандитов заметил лестницу. Почти на цыпочках они подбежали к парапету и осмотрели крышу здания, находившегося напротив. Конан вжался в нишу, скрываясь в глубокой тени. После короткого совещания преследователи, осторожно ступая, перебрались по лестнице. Затем они повернулись и стали осматривать крышу храма.

Конан выступил из тени:

– Вы меня ищете?

Две длинные хорасанские сабли со свистом вылетели из ножен.

– Долго же за тобой бегать пришлось, варвар, – сказал тот, что пониже. – Сперва театр, теперь храм… Уж не хочешь ли ты сказать, что здешний мошенник и его баба наняли тебя оскорбить нашего предводителя?

Вместо ответа Конан выхватил свой собственный меч:

– Нет. У меня на вас другие виды.

– Что-то ты не выглядишь таким пьяным, каким был недавно, – заметил высокий. В речи его слышался резкий акцент пуантенских горцев.

– Зачем вы ползете за мной? – спросил Конан.

– Наш предводитель решил, что ты слишком часто беспокоишь его. Он хочет, чтобы ты умер, чужеземец. Но прежде желает узнать, кто из его соперников тебе платит.

– Вот об этом теперь и придется ему гадать, – заметил Конан, – поскольку ни один из вас не вернется обратно.

– Довольно, – вымолвил высокий, двинувшись к Конану скользящими шагами опытного фехтовальщика.

Внезапно Конан заорал во всю глотку:

– Бандиты! Что вам здесь нужно?

На мгновение убийцы оторопели. Затем коротышка рванулся вперед, нанося горизонтальный удар. Киммериец ловко блокировал атаку, затем отбил косой удар высокого. После этого сделал два выпада, широко и размашисто действуя мечом, хотя несколько замедленно, так, чтобы у атакующих была возможность защищаться. Конану нужно было, чтобы в храме хорошо расслышали звон мечей.

Когда Конан убедился в том, что внизу все проснулись и поднялся переполох, он принялся за дело уже всерьез. Глупо затягивать смертельно опасную игру. В темноте, на скользкой поверхности крыши, сражаться действительно трудно. К тому же Ингас послал на самом деле умелых бойцов.

Легко и плавно двигаясь, Конан сделал так, что коротышка оказался между ним и более высоким. Затем он чуть опустил клинок, приглашая долговязого нанести удар сверху вниз. Тот немедленно воспользовался брешью в обороне Конана, со свистом обрушив меч на шею киммерийца. Конан отпрянул, почувствовав, как клинок долговязого слегка скользнул по шлему. И тут же стремительным выпадом пронзил коротышке грудь. Вырвав меч из тела, Конан отступил на шаг назад и ударом ноги толкнул труп на длинного. Тот невольно попятился, пытаясь удержать равновесие. Руки его мелькнули в воздухе.

Однако киммериец не терял времени даром, нанеся сверху и наискосок страшный рубящий удар. На долговязом была легкая кольчуга под кожаным дублетом, но она не спасла его. Меч Конана с легкостью прошел сквозь кольчугу, плоть и кости. В тот момент, когда долговязый упал, Конан метнулся к парапету, схватил лестницу и швырнул ее через крышу, точно под окно его собственной комнаты.

– Что там происходит? – раздался голос.

Замерцал свет. Киммериец смог различить несколько темных силуэтов. Голос принадлежал Оппии.

– Идите сюда и посмотрите, – крикнул Конан. – Они пришли за ней, как я вам и говорил.

С помощью одного из аколитов Оппия вылезла из окна. Следом за ней показались несколько послушников с лампами и факелами. Оппия наклонилась и осмотрела два трупа, затем выпрямилась и взглянула Конану в глаза:

– Ингас! Он заплатит за это! Как все произошло?

– Я отправился в Дыру.