— Я? — Девушка изумленно посмотрела на варвара.

— Ты… — Конан хмыкнул. — Обратилась в суккуба… Что мы только не вытворяли, пока я не догадался, в чем тут дело. Прости уж, но пришлось замотать тебя в мой плащ, не то сейчас я валялся бы здесь с прокушенным горлом… Иена…

Девушка обхватила голову руками и плакала.

— Ну, — растерянно пробормотал варвар. — Чего реветь-то. Вот выйдем с равнины, отыщем того ублюдка, кто все это придумал, и я заставлю его снять заклятье. Иена… Конан топтался на месте, не зная, что еще сказать. Он не умел утешать. Он умел действовать. Но и Иена не умела долго плакать. Вытерев слезы, она встала, не глядя на спутника, взяла свой мешок и прыгнула через затухающий костер.

Монстры взвыли, бросились на нее. И снова засверкал в воздухе легкий меч. Мгновение спустя рядом с девушкой встал киммериец. Теперь их было двое, а тварей, казалось, целое море. Свежий утренний воздух наполнился запахом черной вонючей крови. Уроды клацали зубами, кидаясь на людей, падали, разрубленные мечами, а за ними, суча ногами от нетерпения, дожидались своей очереди остальные. Клинки со свистом врезались в безобразные тела уродов, расчищая дорогу спутникам. Вскоре вокруг Конана и Иены уже лежали десятки мертвых монстров, но на их место тут же вставали другие. Казалось, бою не будет конца. Варвар почувствовал, что хладнокровие начинает изменять ему. Назойливые ублюдки лезли под мечи и подыхали, словно об этом только и мечтали всю свою поганую жизнь. Ни один из них не собирался убегать. Но — Конан видел — не храбрость, а упрямство и ненависть заставляли тварей кидаться на людей. И именно это разъярило варвара особенно.

— Доставай порошок! — крикнул он девушке, прыгая вперед и прикрывая ее собой.

Иена быстро вынула из мешка остатки порошка черного лотоса. Конан закрыл лицо рукой, зажмурился — не было времени надевать маску. Девушка с силой дунула в трубку, и страшный вой раздался сразу из толпы уродов. Кто мертвый, кто ослепленный, они падали на землю, визжали, лаяли… От шума у Конана заложило уши.

— Еще! — рявкнул он, размахивая мечом.

— Порошка больше нет! — задыхаясь, крикнула Иена.

— Кром!

Клинок варвара разил обезумевших ублюдков. Сотни уже лежали вокруг, и опять на место мертвых вставали новые…

Каким-то внутренним чутьем Конан понимал, что девушка устала. Она все так же поднимала меч, с такой же силой опускала его на головы ублюдков, но во всех ее движениях ощущалась невероятная усталость. Еще немного — и она упадет замертво под ноги грязным тварям… Так решил Конан, с удвоенной яростью кидаясь вперед.

Его воинственный клич, казалось, подбодрил девушку. Словно очнувшись, она бросилась за варваром. И монстры не выдержали их натиска. Они пустились бежать, воя, скрежеща зубами и оглядываясь на людей с такой дикой ненавистью, что Иена отвернулась. Она стояла, чуть покачиваясь от усталости. Конан подошел к ней, хлопнул по плечу.

— Неплохо. Клянусь Кромом, совсем неплохо. Девушка покачала головой и опустилась на землю.

— Вставай!

Киммериец схватил ее за руку и дернул.

— Вставай! Нам надо идти.

— Я не могу…

— Можешь!

— Прости, Конан, я не могу…

— Можешь! Нам надо уйти с равнины! Отдохнешь потом. А сейчас вставай!

Он рывком поднял Иену, встряхнул ее и потащил за собой.

Конан и сам не прочь был прилечь на землю и под теплыми солнечными лучами как следует поспать, но он понимал: медлить нельзя.