Лошади не спешили, но и не плелись. Снова донёсся лёгкий звон колокольчика.

– Красота-а, – протянула Кара, откидываясь на спинку сидения и жмурясь. – Какая наша красная звёздочка умная! Думала, скоро придётся тащить тебя на себе.

Мальчик поморщился, но промолчал. Рику он понимал всё меньше, а то, что о нём в принципе думали эти девчонки, сердило всё больше. Слабак, недоносок, что дальше?.. С другой стороны… имеют право. Плохой из него ходок, сам ведь знает, и толку никакого. Кара, почувствовав, как он расстроился, принялась неуклюже извиняться. Уши совсем загорелись, и он скорее выпалил, что всё в порядке.

Рика присоединилась к ним, только когда Невидимое светило стало опускаться: редкие перистые облака налились лилово-синим и ещё больше истончились. Близилась ночь. Дядюшка Рибл зажёг фонарики и стал насвистывать – видимо, чтобы не уснуть.

– Я узнала кое-что, – с ходу начала Рика, и мальчик передумал опять ворчать. – О Мудром графе. Хэндриш Олло, вот кто правит сейчас в Пятой столице, и умнее его там никого нет. Он путешественник. Историк. И он нам подскажет путь, я уверена.

– Ты сначала попади к нему на аудиенцию, – осадил её мальчик. – Графы, сколько я их знаю, не любят разговаривать с теми, кто одет как мы сейчас.

Легенда и здесь довольно улыбнулась.

– Он правда никого не принимает, только в особые советные дни, а это нескоро. Но каждый раз, когда в лавку матушки Харинды привозят книги, вечером он выбирается туда. Сам. Тайно. Он любит эту лавку, любит ходить там и выбирать книжки и чтобы вокруг были люди, но не его стража. Чтобы не мешали. Он придёт и когда мы приедем, тогда и поговорим. А ещё… – Тут она улыбнулась ещё довольнее: – В Пятой столице дядюшка Рибл возьмёт лекарства и повезёт в Озёрное графство. Скоро похолодает, а люди там много болеют. Сейчас особенно скверный год, скверная погода, говорят, вповалку лежат семьями. Если Мудрый граф ничего не скажет нам точно и придётся продолжать идти вслепую… дядюшка Рибл приглашает ехать с ним. Мы поедем?

– Да! – оживлённо воскликнула Кара и хлопнула в ладоши. – Вот удача! Это…

– Это лёгкий путь, – тихо возразил мальчик. Мысль преследовала его, ещё когда он только влез в тарантас, и пора было ею поделиться. – Слишком лёгкий. Я против.

Глаза Рики тут же сузились, улыбка померкла. Даже странно, что она не бросилась, только прорычала:

– Что ты там пискнул?

Да как она не понимала, она, плоть от плоти и сила от силы чародея? Разве так, с комфортом, нежась на мягких сидениях, ищут волшебных созданий, творящих судьбу?

– Это лёгкий путь, – твёрже повторил он. – Наши шансы понизятся. Да и Материку это не понравится.

Рика выругалась сквозь зубы и стукнула кулаком по сидению. Даже щёки чуть вспыхнули. Похоже, она так возмутилась, что даже возражения не сразу нашла.

– А откуда ты знаешь, Зан? – с искренним любопытством уточнила Кара. – Ты же с ним не общался, сам сказал. Мы не можем выискивать его на каждом углу, в каждой канаве.

Она уже зевала и слабо светилась; впору было чем-то её закрывать. Поколебавшись, она принялась кутаться в большой плотный плед, который хозяин, наверно, держал для себя. Дурацкая пёстрая расцветка ей не шла, делала её похожей на большую гусеницу.

– Потому что герои никогда не… – начал мальчик.

– Ширкух летал на ветрах, – мигом перебила Рика.

– А Ширкух точно герой? – Он всё же это ляпнул. Зря.

Легенда оскалилась и потянулась к дверце тарантаса, явно собираясь её распахнуть.