– Райли? – Временный председатель обращался к ней. – Не могла бы ты рассказать нам, что тебе сказал отец?

Она встала, напряженно переминаясь с ноги на ногу. Ей было неуютно под пытливыми взглядами окружающих.

– Он сказал, что мне нужно бежать, что        они уже идут. Что        их слишком много.

– И он был внутри защитного круга? – уточнил Джексон.

– Да. Он появился прямо за моей спиной.

Поднялся галдеж. Она растерянно села.

– Я же говорил, что это он! – завопил МакГваер.

Харпер поднялся со своего места, прижимая рукой ноющие ребра.

– А я видел совсем другое. Когда Блэкторн говорил со своей дочерью, защита была на месте, и там и оставалась до тех пор, пока демоны не проломили ее.

        Харпер не винит ее отца? Кажется, у нее галлюцинации.      

– А что ты думаешь насчет разрушения защитного круга? – поинтересовался Шотландец.

– То же, что и ты, – слишком много зла сконцентрировалось в одном месте и пробило его, – ответил ее мастер и спокойно опустился на место.

Саймон как ужаленный вскочил со своего стула. Все взгляды поднялись к нему.

– Да как вы можете… – Захлебнувшись от возмущения, он жадно, с присвистом вдохнул воздух. – Как вы можете полагать, что священная субстанция Господа может быть уничтожена?

– Не уничтожена. Нейтрализована. Это большая разница, – терпеливо пояснил Стюарт.

– Но не для меня, – огрызнулся Саймон. – Либо вы верите в то, что у Рая есть силы победить любое зло, либо вы допускаете, что Люцифер может взять верх. Здесь нет полумер.

Наступила угрожающая тишина. После того что пережил Саймон, никто не осмеливался ему перечить.

И тут заговорил Харпер:

– Никто и не сомневается в том, что Рай может надрать Аду задницу. Мы только допускаем, что в ту ночь Святая вода выполнила свое предназначение, просто демонов было слишком много.

– Я отказываюсь это принимать, – заявил Саймон и злобно посмотрел на Райли, прежде чем опуститься на стул. – В ту ночь демонам помогли, и других объяснений я не вижу.

Вне себя, Райли вскочила на ноги, готовясь высказать ему все, что она думает, и как он ошибается насчет ее отца и ее самой. Какую боль Саймон причинил ей своим недоверием, и что теперь ее душевная агония будет длиться вечно.

– Ты хочешь что‑то сказать, девочка? – спросил ее Стюарт.

От злости ее начало заметно колотить, и Райли возненавидела себя за такую слабость.

– Папа любил Гильдию и свою работу, – начала она. – Он ничего не сделал бы во вред тебе, Саймон, или кому‑либо еще.

– Но если это не он, – вкрадчиво начал МакГваер, – то как насчет тебя? Это ты разрушила защитный круг?

Она повернулась к своему обвинителю:

– Чтобы меня сожрал демон? Я что, правда кажусь такой тупой?

– Может быть, они пообещали отпустить тебя? В Аду умеют делать соблазнительные предложения.

– Это вы по собственному опыту знаете? – отшила она.

– Райли, он подмастерье, а ты… – осторожно начал Бек.

– Знаю! Я только, мать его, жалкая ученица, – распалилась она еще больше. – Я уже устала от того, что меня во всем обвиняют. Устала от вранья, идиотских шуточек и прочей грязи. Я просто должна…

        Уйти.      

Слово повисло на кончике ее языка.