Слово повисло на кончике ее языка. Стоит сказать его, и все будет перечеркнуто одним махом. Больше никакого унижения. Никто не станет тыкать в нее пальцем. Она снова сможет стать просто Райли Блэкторн, выпускницей школы и любительницей горячего шоколада, а не каким‑то недоделанным ловцом.

      Как это было бы просто – послать их к черту и уйти. Она до крови закусила губу.        Если я так сделаю, то проиграю. Следующей девушке придется уже вдвое хуже.

Райли подавила свой гнев.

– Я не сдамся, – сказал она, сверля глазами МакГваера. – Я из семьи потомственных ловцов. Блэкторны не отступают.

– Так его, сеструха! – воскликнул Реммерс.

Она опустошенно села на место, сцепив руки на коленях, чтобы не было видно, как сильно они трясутся. Каждая мышца ныла от напряжения, и каждый удар сердца отдавался дикой головной болью.

Харпер снова встал.

– Если мы устроим грызню между собой, то уже не сможем победить демонов, – просто сказал он и покосился на МакГваера. – И предупреждаю всех. Если кто‑то и выгонит девчонку Блэкторна из Гильдии, это буду я, и никто другой. Это понятно?

В толпе раздалось смущенное бормотание: перечить ему никто не хотел.

– Отлично, тогда идем дальше. – Джексон заметно обрадовался, что разборки позади. – Может кто‑нибудь предложить церковь, в которой нам было бы удобно проводить собрания?

– Так Часовня и была церковью, – забрюзжал кто‑то. – Все равно это нас не спасло.

– Она уже не была священной, – поправил Стюарт неизвестного скептика. – В ней много лет не проводилось служб.

– Можно встречаться на кладбище, – выпалил Бек.

Райли взвыла.

        Вы что, сговорились?      

– Стоит поразмыслить, – сказал Джексон. – Давайте назначим следующее собрание на вечер пятницы. В восемь часов проведем выборы и попробуем вернуться к нормальной работе.

– Встречаемся здесь? – спросил Реммерс.

– Конечно, – согласился Джексон. – Будем мыслить позитивно: здесь хотя бы арендная плата небольшая.

Райли выждала момент, когда Бек начал оживленно спорить о чем‑то с мастером Стюартом, и сбежала. Ей было немного стыдно, но сейчас попросту не хватало храбрости откровенно говорить с ним. Да и хватало ли вообще когда‑нибудь?

Уже шагнув за порог, она услышала, как Харпер окликнул ее.

– Сэр? – Она повернулась к нему.

Выйдя из шатра, он протянул ей какую‑то бумагу.

– Привези мне чего‑нибудь перекусить. Нам нужно поговорить, сегодня же вечером.

– Но мне же велели находиться на святой земле после захода солнца.

– Я надолго тебя не задержу.

        Тем более за мной присмотрит Ори.      

– Почему вы не стали говорить им про…

– Вечером, – сердито одернул он. – Не перегибай палку, малолетка.

Райли смущенно замолчала и не стала упорствовать. Шагая к машине, она изучила листок: просто список продуктов и хозяйственных покупок. Совершенно ничего срочного. Это означало только одно: мастер хотел поговорить с ней насчет охотников.

Сложив бумажку и сунув ее в карман, Райли остервенело стала тереть виски, раскалывающиеся с того самого момента, как она спустила на Бека собак.

        Это чувство вины.      

Невыносимое ощущение навалилось на нее; как пудовый груз.