– Пора облачаться в свой костюм, Адам, – сказала она. – Вот-вот наш выход. Мы должны положить начало роду человеческому.

– О, черт! Я оставил его в пикапе. Надо вернуться и забрать.

– Перестань! Выступай в исподнем. Никто не заметит.

– Я замечу! В таком виде я не собираюсь появляться на людях. Надо мной будут смеяться всю жизнь.

– Интересно, как я легко завела тебя. Карла утверждает, что ты – хороший козел отпущения на все случаи жизни, и она права. Ты настолько пропитан чувством вины, что не можешь не быть козлом отпущения, а схватиться по-настоящему у тебя кишка тонка.

– Схватиться по-настоящему – значит дать тебе новый шанс, чтобы клевать меня?

– А может, тебе нравится, когда тебя клюют. Может, у тебя возникает иллюзия причастности к чему-то или участия в чем-то…

– Давай съездим за моим костюмом, – оборвал ее Дуэйн. Страх исполнять роль Адама в нижнем белье оказался таким сильным, что заслонил даже страх банкротства и страх потерять жену.

– Поезжай один. Мне еще исполнять «Боевой гимн республики». Это моя самая любимая часть шоу.

Дуэйн сел за руль и повернул ключ зажигания. Джейси осталась стоять на месте. Он посмотрел на нее и заметил, что она следит за ним. И хотя она стояла совсем рядом, так, что он ощущал жар ее тела, ее лицо находилось в тени, и глаз не было видно.

– Я тебя плохо знаю, Дуэйн, – проговорила Джейси. – Возможно, что ты очень милый и хороший. Твоя беда в том, что ты слишком прямолинеен.

Он быстро доехал до своего пикапа, схватил купальный костюм и переоделся в туалете на бензозаправочной станции. Когда он вышел из кабинки, звуки «Боевого гимна» огласили погруженный в тишину город.

ГЛАВА 81

– Хоть бы кто-нибудь остановил этот глупый оркестр с их румбами, – пожаловалась Карла. – Они что, попали в Акапулько?

Дуэйн был рад тому, что исполняемый им танец может сойти за румбу. Они находились в самом центре танцующей на улице толпы; сотни ног, шаркающих по асфальту, заглушали оркестр, и Дуэйн лишь изредка улавливал две-три ноты.

– Я думаю, что они стараются разнообразить местный ассортимент, – заметил Дуэйн.

– А этот маленький с контрабасом ничего. Он может расширить мой ассортимент в любое время, если захочет. Ты ничего не имеешь против контрабасиста, а, Дуэйн?

– Ничего, если только он не будет прикасаться к мусоропроводу.

– Когда это было, Дуэйн? Пора бы давно забыть.

– Дженни все никак не наплачется, – заметил Дуэйн. Дженни сидела на ящике со льдом возле палатки и горько плакала. Чарли и Лавел, стоявшие рядом, по очереди касались ее спины, пытаясь утешить.

– Она ни в чем не виновата, – сказала Карла. – Сегодняшнее представление прошло просто ужасно, плюс с отчаяния сбежал Лестер.

Отрицать, что второй день праздника не удался, было бы бессмысленно. Номер с пародией на Иво Дзима пришлось отменить, потому что девочки, согласившиеся изображать японских солдат, передумали и отправились кататься на роликовых коньках. Пришлось отказаться от Гражданской и Первой мировой войн из-за ужасной драки между защитниками Аламо, ведомыми Эдди Белтом, и армией Сайта Анна, возглавляемой Бобби Ли. Множество бездельников и пьяных перепрыгнули через изгородь и устремились на подмогу защитникам Аламо. Армия Санта Анна постыдно бежала, ретируясь мимо загонов для скота, чтобы не быть смятой и уничтоженной.