– Итак, до свидания. Желаю вам хорошего утра завтра. Спасибо за вино.

Линда шла за ним к двери словно загипнотизированная. Он едва пригубил из своего бокала! Как можно благодарить за вино?

– А что вы больше любите пить? – Гюнтер повернул голову не останавливаясь.

Так быстро и не сообразить. А, в самом дел, е что? Томатный сок? Эти как-то по-детски.

– Шампанское, – наобум отвечает Линда.

– У вас есть вкус. – Гюнтер кивнул и направился к лифту.

Линда закрыла дверь, погасила свет во всех комнатах и в полной темноте подошла к окну гостиной. Она увидела, как Гюнтер идет к машине, садится, дважды мигает фарами, прощаясь, и медленно выезжает со двора. Он догадался, что Линда стоит у окна.

Дрожа от волнения, Линда зажгла свечу и в ее мерцающем свете рассмотрела банкноты, лежащие на столе. Зазвонил телефон. Дирк! Что сказать ему? «Слушай, тут заходил Гюнтер Шмидт и просто так оставил мне шестьсот марок»? Да в это ни один нормальный человек не поверит! Сначала она послушает, что записалось на магнитофон. Если вообще что-нибудь записалось.

– Да. – Линда сняла трубку.

– У вас было очень хорошо, я хотел пожелать вам спокойной ночи!

Гюнтер Шмидт! Из машины!

– Да, спасибо. Большое спасибо, – тихо ответила она и повесила трубку.

Гюнтер торжествовал, сидя за рулем своего автомобиля. Теперь она долго будет смотреть на деньги, словно прирученная мышь, и раздумывать, что же делать. Сначала Линда решит, что следует вернуть деньги, затем выпьет еще стаканчик и, уже направляясь в постель, убедит себя, что эти деньги получены честно! Откинув солнцезащитный козырек, Гюнтер открыл на ходу встроенное в него маленькое зеркальце.

– Пф, шестьдесят, – ухмыльнулся он отражению в зеркале. – Свежая молодая кровь как омолаживающий массаж. Да еще приносит ни с чем не сравнимое удовольствие! – Гюнтер вставил кассету в магнитофон и начал громко подпевать: – Прекрасная девушка, у тебя ведь есть сегодня минутка для меня…

Затем он повернул, чтобы сделать маленький крюк и проехать мимо дома своего советника. Смотри-ка! В кабинете еще горит свет. Кажется, Клаус серьезно подошел к поставленной перед ним задаче. Гюнтер удовлетворенно кивнул: игра начинает идти по его правилам.

На следующее утро Линда проснулась в шесть часов. Гораздо раньше, чем следовало. Она испытывала какое-то необъяснимое беспокойство. «Что же произошло?» – подумала Линда спросонья и бросила взгляд на будильник. Она забыла завести его? И тут Линда подскочила. О Господи, деньги! От этого Шмидта! Или ей это приснилось? Она спрыгнула с кровати и побежала в гостиную. Нет, на столе стоят два бокала с остатками вина и свечи, а рядом лежат купюры. Линда ничего не тронула, думая перехитрить себя, надеясь, что все это исчезнет как дурной сон. Но ничего не получилось.

Она вернулась в постель, отодвинула подушку в угол и укуталась одеялом. Она поднялась на час раньше только из-за того, что какой-то Гюнтер Шмидт оставил на ее столе шесть сотен марок. Но Линда никогда не вставала на час раньше ни для кого и ни для чего. За всю свою жизнь. И сегодня она не сделает этого. Этот час она доспит как положено! Совершенно спокойно! Как всегда!

Регина только что поднялась, чтобы приготовить завтрак для себя и Клауса. Конечно, потом она снова ляжет и постель, но они приняли с Клаусом неписаное правило – каждое утро проводить вместе, спокойно завтракая за столом. Ставя варить кофе, Регина слышала, как Клаус идет в ванную. Регина достала газету из ящика и перелистала страницы. Июль, все в отпусках. Ничего интересного в этот летний период не происходит. Она перевернула газету.