— Мы премило побеседовали о вас.

— Да? — воскликнули хором Санни и Ник.

— Да, — подтвердила Фрэнсис. — Так и было. У нас с Бенни обнаружилось много общего. В итоге мы пришли к выводу, что вам необходимо быть вместе.

— Да?

Лоб Фрэнсис прорезала недовольная морщинка, но Санни уже не могла сдерживать улыбку.

— Франни хорошо понимает, что значит оказаться перед выбором — семейная честь или любовь.

Улыбка Санни сползла с лица. Она внезапно подумала, какой, интересно, была бабушка в молодости.

— Я всегда думала, что ты выбрала дедушку и жизнь в клане Чендлеров потому, что тебе так хотелось.

— Моя семья много сделала для меня и, в свою очередь, ожидала многого взамен. Брак с Эдвином был во всеобщих интересах.

— Ты хочешь сказать… что не любила его? — Санни самой было непонятно, почему она так шокирована. Бабушка и дедушка никогда не были образцовой парой, из тех, которых приводят в качестве примера для подражания. — Но ты так о нем заботилась…

— Я заботилась о нас обоих. Мне приятно отметить, что награда за мои труды превзошла все наши ожидания. Не пойми меня превратно, Сюзан. Я очень уважаю твоего деда, так же, как и он меня.

— Но… — Ее губы приоткрылись — по мере того как она начинала понимать. — Был кто-то другой, да?

— Конечно! — Фрэнсис не сумела скрыть гримасу боли. — Но прошло уже больше пятидесяти лет.

— Если бы тебя разлучили с Ником, смогла бы ты забыть? — вставила Бенни.

Санни никогда еще не разговаривала с бабушкой откровеннее. К тому же при посторонних.

— Нет. Ты бы помнила всю жизнь. И никогда бы не простила себе, что предпочла обязательства перед семьей собственному счастью. — Бабушка отвернулась, пытаясь скрыть переживания.

Бенни подала реплику:

— Вот что у нас общего, Никколо.

Настал черед Ника изумиться.

— Погоди-ка. Я точно знаю, что вы с Салом очень любили друг друга.

Лицо Бенни просияло.

— Да, ты прав, конечно. Ожидалось, что после смерти матери я останусь дома и помогу отцу поднимать младших братьев. Я была старшей, там было мое место.

— Но ты не осталась, — прошептала Санни.

— Нет. Я встретила Салваторе и приняла очень сложное для меня решение уехать с ним в Америку. Мне было всего семнадцать. Я очень беспокоилась об отце и братьях, но никогда не пожалела, что не отступилась от своего счастья. После того, как мы открыли ресторан, я побывала в Италии, говорила с отцом. Он был очень обижен и так и не простил меня. Но мои братья, оба счастливо женатые, поняли мое решение.

— Бенни не хотела бы, — начала было Фрэнсис и поправилась, заметив взгляд Бенни. — Мы не хотели бы, чтоб ты встала перед необходимостью сделать выбор. Между семьей и любовью.

Санни вскочила со стула, опустилась на колени перед бабушкой и обняла ее. Такое произошло впервые. Фрэнсис в который раз пыталась справиться с неловкостью. Потом сама обняла Санни, которая даже не рассчитывала на подобный жест с ее стороны. Усаживаясь опять рядом с Ником, Санни сияла.

— Спасибо тебе. Это самый драгоценный дар, который я когда-либо от тебя получала. — И Санни пояснила: — Твоя любовь.

Глаза Фрэнсис мгновенно налились слезами, поразившими и Санни, и ее саму.

— О, дорогая, она всегда была твоей. Я знаю, мы постоянно пытались сдерживаться на людях, но даже не представляла… — Она замолкла, приняла от Бенни кружевной носовой платок и промокнула глаза.