— Все в порядке, бабушка. Все в порядке. — Все действительно было в порядке. Санни была глубоко тронута сегодняшним объяснением с бабушкой, но достаточно трезво смотрела на вещи, чтобы понимать — кое-что измениться не может. Она сомневалась, что их с бабушкой отношения станут когда-нибудь столь же близкими, как у Ника с Бенни. — Знает ли дедушка об этом? — Ее глаза расширились. — Знает он, что… ты вышла за него, а любила кого-то другого?

Фрэнсис кивнула.

— Вполне вероятно, что мы не были образцовой влюбленной парой, Сюзан, но мы очень подходили друг другу. Твой дед — мой лучший и самый дорогой друг. Это более того, на что я могла надеяться.

— Как и я.

Все вздрогнули и обернулись к Эдвину, стоящему в дверях. Он был в халате и опирался на массивную трость.

— О, милый, тебе нельзя еще вставать. — Фрэнсис поднялась и бросилась к нему.

— Ну, ну, Фрэнсис. Я сам могу решить, куда пойти в собственном доме и насколько хорошо себя чувствую.

Все помолчали.

— Ты — мой лучший друг, Фрэнсис. Моя опора в жизни. Никто не имеет больше прав на мои любовь и уважение, чем ты.

Все три женщины, присутствующие в комнате, уже готовы были расплакаться. Даже у Ника подозрительно защипало глаза.

— Эдвин, пожалуйста, — попросила его Фрэнсис, приходя в отчаяние от столь необычного поведения супруга. — Это может подождать.

Он медленно вошел в комнату.

— Нет, не может. Последние две недели я много размышлял и пришел к выводу, что жизнь не прощает тем, кто всегда ждет подходящего случая. — Он кивнул внучке. — Сюзан, я должен извиниться перед тобой. Я привык считать, что ты принадлежишь клану Чендлеров. А когда ты вздумала упрямиться, я, вероятно, не проявил должного терпения.

— Дедушка…

Он направил трость в ее сторону, призывая помолчать, позволить ему закончить.

— Я не был терпелив, потому что знал — здоровье мое меня подводит, и мне требовалось иметь тебя при себе. Твое решение найти свое место в жизни оказалось на редкость несвоевременным.

— Если бы ты только мне сказал…

— Нет. Я рад, что промолчал.

— Но ты оказался прав, мне нравится работать в компании.

— Но тебе требовалось больше. Тебе нужна была полная жизнь. Насколько я понимаю, этот молодой человек и его бабушка — часть этой жизни. — Он нашел глазами покрасневшую Бенни и кивнул. — Спасибо за откровенный разговор со мной и моей женой. Ваша мудрость указала нам правильный путь. Надеюсь, мы и в дальнейшем можем при случае ожидать подобной прямоты.

Бенни рассмеялась, блестя глазами, полными непролившихся слез.

— Почту за честь, Эдди.

К его чести, вздрогнул он едва заметно. Санни проглотила смешок. И напряглась, потому что дед сказал:

— Так, теперь Ник. Могу я называть вас Ник?

Ник встал и протянул Эдвину руку:

— Прошу вас, сэр.

— Имеете ли вы понятие, во что впутываетесь?

Ник усмехнулся.

— Не думаю, сэр. Но я не из тех, кто показывает опасности спину.

— Что ж, Сюзан вполне заслуживает данного определения.

— Дедушка!

Ник хмыкнул.

— Должен признаться, что разделяю ваше беспокойство.

— Прекрасно, прекрасно, — улыбнулся Эдвин. — Я вижу, мы придем к взаимопониманию. Что ж, парень, не останавливайся на достигнутом, не давай ей перевести дух. Ей необходимо иногда встряхнуться, а мы с Фрэнсис по своей природе не особенно приспособлены к резким движениям. — Он обернулся к жене. — Позвони Винсенту — пусть подаст лучшее шампанское.