– Я не обязана давать вам объяснения по поводу того, что здесь происходит. Эта земля принадлежит мне. Если Гедеон совершил преступление, пусть с ним разбирается суд. – Хотя голос ее был холодным и спокойным, ее охватил настоящий ужас. – Джекоб, возьми одну из их лошадей и отправляйся за помощью. Скачи до самого города, если понадобится, но постарайся найти кого-нибудь, у кого хватит порядочности вызволить из беды Гедеона. А потом сдадим этих людей шерифу.

– Защитница черномазых! – фыркнул другой мужчина, когда Джекоб бросился к лошади, вскочил в седло и направил ее галопом по мерзлой земле. – Только посмотрите на нее! Янки сделал ей ребенка. Надо бы прикончить и ее тоже, заодно с ее ублюдком!

Ноли перестала стонать и раскачиваться, подняв полные слез глаза на Китти. Ее лицо блестело при свете факелов.

– Мисс Китти, я просила моего мальчика больше не появляться здесь. Но он заболел, и сегодня вечером пришел ко мне, чтобы я дала ему какое-нибудь лекарство от лихорадки. Должно быть, эти люди не спускали глаз с дома. А теперь тяжело ранили его – По ее черным щекам текли слезы.

– Мы позаботимся о нем, Ноли, – мягко отозвалась Китти, всем сердцем сочувствуя старой женщине.

Пальцы Китти совсем закоченели. Долго ли у нее хватит сил стоять здесь? Стальной приклад обжигал онемевшую кожу, словно лед. Неизвестно, сколько времени потребуется Джекобу. Если бы только поблизости оказался хоть кто-нибудь, связал бы этих негодяев, а она бы отложила в сторону оружие, согрела руки и сделала бы все, что в ее силах, чтобы помочь Гедеону. Насколько она могла заметить, рана на груди юноши сильно кровоточила – очень дурной признак.

– Он преступник, – произнес один из мужчин. В его спокойном голосе и в южном акценте с едва уловимым повышением тона в конце каждой фразы было нечто до странности знакомое. – Вы знаете, что его вот уже многие месяцы разыскивают стражи порядка.

– Тогда пусть они и разбираются с ним, а не вы. За кого вы себя принимаете? Как смеете вторгаться в мои владения посреди ночи в белых балахонах с капюшонами? Вы и сами похожи в них на бандитов.

– Слуги закона не могут быть во многих местах сразу, но если у них будет достаточно верных сторонников вроде нас, то вместе мы сможем проникать повсюду. Не принимайте этого близко к сердцу, мисс Райт. Положите ваше ружье и дайте нам повесить этого разбойника. Тогда мы уйдем и оставим вас в покое.

– Вы не в том положении, чтобы торговаться, – парировала Китти. – И я думаю, что шерифу будет весьма любопытно узнать о том, что произошло здесь этой ночью. У нас в стране еще остались законы, чтобы расквитаться с подонками вроде вас, у которых хватило дерзости взять правосудие в собственные руки.

Она заметила, как он глубоко вздохнул под капюшоном.

– Даю вам последнюю возможность, мисс Райт. Либо вы уберете ружье и уйдете с нашего пути, либо у нас не останется иного выбора, кроме как проучить вас. Нам нужна поддержка белого населения, если мы хотим, чтобы эти нахальные черномазые знали свое место после того, как янки дали им волю. Белым южанам остается либо держаться крепче друг за друга, либо погибнуть.

Один из его спутников фыркнул:

– Черт возьми, неужели вы и вправду думаете, что Юг для нее значит больше, чем кусок дерьма? Мы же говорили вам, что ее папаша был предателем, и всему графству известно, что ее любовник-янки уложил одного из наших лучших офицеров. Понапрасну тратите слова, пытаясь уговорами переманить ее на нашу сторону. Она с самого начала знала, что Гедеон приходил сюда.