Возле блиндажа он наткнулся на Зейделя, распекавшего своих подчиненных. Увидев Дирка с его ношей, лейтенант управления переменился лицом и выпучил глаза.

- Унтер-офицер Корф! В каком состоянии вы позволяете себе являться во временный штаб роты! Вы… Это омерзительно. И что… О великий Боже. Куда вы его тащите?

- Мне нужен мейстер, - хрипло сказал Дирк, опуская свою ношу наземь.

- Тоттмейстер Бергер занят. И уж конечно, он не будет заниматься подобным… подобными…

Но Дирк чувствовал мейстера, а мейстер чувствовал его. Бронированная дверь блиндажа отворилась спустя несколько секунд.

Тоттмейстер Бергер, вышедший наружу, выглядел уставшим, как после долгой болезни, складки на его лице казались десятками тонких застарелых шрамов, а мешки под глазами свидетельствовали о том, что он не успел выспаться.

- Все в порядке, лейтенант. Унтер Корф? Вы выглядите странно.

- Французские лазутчики, - сказал Дирк, - Наткнулся во время обхода. Опасность устранена собственными силами.

- А это?..

- Это лейтенант Крамер, мейстер. Он погиб в бою, помогая мне.

- Насколько я могу судить по форме, он из двести четырнадцатого полка, - сдержанно произнес тоттмейстер Бергер, разглядывая обвисшее тело в сером сукне.

- Так точно, мейстер.

- Почему же вы принесли его ко мне?

- Я полагаю, лейтенант Крамер готов вступить в Чумной Легион.

- Вот как? – взгляд тоттмейстера Бергера, черный, бездонный, впитал в себя Дирка вместе со всеми его мыслями и несвежими внутренностями, - Нам в Легионе всегда нужны подготовленные кадры. Но я не имею права зачислить его в Чумной Легион при отсутствии соответствующего прошения, составленного при жизни. У него было прошение?

Дирк смотрел на лицо Крамера, лежащего на земле. Теперь, при свете солнца, тело лейтенанта перед штабом выглядело каким-то скомканным, неуместным, даже жалким. Как мешок с грязным бельем, брошенный каким-то зазевавшимся солдатом.

- Унтер-офицер Корф! – тоттмейстер Бергер немного повысил голос, - У этого покойника было прошение о зачислении его в Чумной Легион?

- Так точно, мейстер.

- Где же оно?

Тоттмейстер Бергер не приказал обыскать тело лейтенанта. Наверно, оттого, что не хуже самого Дирка понимал тщетность каких бы то ни было обысков.

- Он составил его незадолго перед смертью. Однако оно было утеряно во время боя.

- То есть вы, унтер, лично видели прошение и гарантируете это?

Вопрос, заданный безразличным тоном, мог быть предупреждением, а мог быть и насмешкой. Лицо тоттмейстера Бергера было непроницаемо, как задраенный танковый люк. Он молча ждал ответа, и Дирку пришлось найти в себе этот ответ.

- Я подтверждаю это, мейстер. Я видел прошение собственными глазами и готов засвидетельствовать это.

- Принимаю, унтер. Конечно, вы хотите зачислить его в свой взвод?

- Если это возможно.

- Тогда ответственность за его дальнейшее существование и подавно будет лежать на вас. Но вас, кажется, это не пугает?

- Не пугает, мейстер. Меня уже давно ничего не пугает.

- Это правильно, - тоттмейстер Бергер удовлетворенно кивнул, черные глаза сверкнули, ковырнув податливую начинку души, - Пугливых среди «Веселых Висельников» никогда не водилось. А слугам Госпожи бояться нечего. Начнем прямо сейчас. И передайте унтеру Йонеру, чтоб выделил несколько человек в похоронную команду.