София тихо вздохнула:

– Могу ли я вам доверять?

– Вряд ли это слово уместно в подобных обстоятельствах, – беспечно бросил он, приподнимая руку, насколько позволяли путы.

– Признаюсь, вы правы, – кивнула она.

– Надеюсь, я не слишком обременю вас, попросив закрыть все смотровые щели? – осведомился он с насмешливой улыбкой.

– Нет, и я еще раз прошу извинения за… – она беспомощно обвела рукой комнату, – за все.

– Потом мы обсудим, на кого взвалить основной груз вины, – отмахнулся маркиз. – А пока… предпочитаю обойтись без свидетелей.

Он следил глазами, как женщина затыкает все четыре отверстия: сдвигает шторы, опускает картину, вешает на место подушечку, поправляет зеркало. Вернувшись к кровати, она очень тихо сказала:

– Это так трудно…

– Развяжите хотя бы одну руку, и я сделаю все остальное. Можете закрыть глаза и притвориться, что находитесь в совершенно другом месте.

– Ну не чудесный ли выход? – сардонически пробормотала она, принимаясь трудиться над узлом, стянувшим его запястье.

А Хью тем временем старался лежать неподвижно, хотя голова едва не лопалась от распиравших ее мыслей о возможностях, открытых ему, едва веревки будут сняты.

– Ну вот! – облегченно воскликнула София, распутывая плетеный шнур. Приподнявшись, маркиз улыбнулся ей, потянулся к путам на левом запястье, а потом ослабил узлы на щиколотках. Спрыгнуть со второго этажа не представляло особых трудностей, а пейзаж под окнами он успел изучить до малейших подробностей.

Взметнувшись с постели, Хью бросился к окну, как пушинку, поднял тяжелое кресло, швырнул в освинцованное стекло и бросился в образовавшееся отверстие.

Ну, разумеется, он попробует сбежать, как же она не догадалась!

София, стараясь не наступить на осколки, медленно пробралась к окну и спустила шторы. Что же, в следующий раз придется быть поосторожнее и оставить его связанным. Бедняга, он не знает, что под окнами полно стражи! Они в два счета его схватят.

Глава 2

Следующая их встреча не замедлила себя ждать. Уже через полчаса маркиз, совершенно голый, был привязан к кровати в другой комнате.

– За это я прикончу твоего мужа! – прорычал он.

– Надеюсь, вас не ранили, – выдавила она, стараясь не повышать голоса. Он поистине великолепен: настоящая скульптура греческого бога, только живая, исполненная неукротимой, так и рвущейся на волю силы. Невероятно широкие плечи, бугрящиеся мышцы торса, стальные бедра, свидетельство долгих часов, проведенных в седле… как может модная одежда скрывать поистине первобытную мощь?

Такая ошеломляющая энергия. И… и даже в спокойном состоянии его мужское достоинство выглядело более чем внушительно, а в возбужденном… Легкая дрожь прошла по ее спине. В возбужденном должно быть поистине чудовищным. Да, легендарная репутация вполне заслужена маркизом.

– Все вы просто рехнулись! – выкрикнул он. – Разумеется, прыжок с пятнадцати футов оставляет синяк другой, не говоря уже о том, что твоя стража не отличается обходительностью.

– Почему сразу не согласиться на мое предложение и не покончить с этим? – Она показала на его узы.

– Потому что я не намереваюсь покорно сносить унижения. Твой ненормальный муж горько пожалеет о том дне, когда вздумал сделать из меня жеребца производителя.

– В таком случае тем более имеет смысл как можно скорее отделаться от неприятной обязанности и выйти отсюда, – повторила она.