— Но потом однажды он объявился, — продолжал Финн, — сумасшедший, как крыса из нужника. Как был бледным маленьким ублюдком, так им и остался, но теперь еще был увешан всякой африканской дребеденью: бусами, костями и всяким таким. — Бобби отвлекся от рассказа Финна ровно настолько, чтобы задать себе вопрос, как может существо, похожее на Финна, называть кого-то «бледным маленьким ублюдком», но потом перевел взгляд. Лукас был смертельно мрачен. Тут Бобби пришло в голову, что Лукас может воспринять африканскую часть истории на свой счет — как личное оскорбление, что ли. Но Финн преспокойно продолжал свою историю.

— У него было полно всего на продажу. Деки, периферия, программное обеспечение. Все на пару лет устарело, но игрушки были крутые, так что я дал за них приличную цену. Я тогда еще заметил у него вживленный разъем за ухом и то, что он постоянно держал подключенным странный серебряный микрософт.

«Что за софт?» — спрашиваю я. «Он пуст», — отвечает Виг. Этот маленький ублюдок сидит на том самом месте, где сидишь сейчас ты, малыш, и говорит мне, он, мол, пуст, и это глас Господень, и я пребуду вечно в его белом гудении, и тому подобный бред. И я подумал: Господи, Виг окончательно сбрендил, — хотя нет, вот он в пятый раз пересчитывает деньги, которые я ему дал. «Виг, — сказал я, — время — деньги, но скажи мне, что ты теперь намерен делать?» Потому что мне стало любопытно. Я ведь знал парня многие долгие годы — по делам, конечно. «Финн, — говорит он, — я должен подняться по гравитационному колодцу наверх. Бог — там, наверху». Я хочу сказать, он мне говорит, мол, Бог повсюду, но тут внизу слишком много статики, она скрывает его лик. «Ладно, — говорю я ему, — как знаешь». И я указал ему на дверь, вот и все. Никогда его больше не видел.

Бобби поморгал, подождал, поерзал немного на жестком сиденье складного стула.

— За исключением того, что, примерно, год спустя, появился какой-то парень — такелажник с высокой орбиты, — который спустился по колодцу вниз на побывку, и у него был с собой недурной софт на продажу. Ничего гениального, но весьма и весьма интересно. Он сказал, это от Вига. Ну, может, Виг свихнувшийся нарк и давно вне игры, но все же умеет отыскивать неплохое дерьмецо. Так что я этот софт покупаю. Это было лет, наверное, десять назад, так? И каждый год или около того появляется какой-нибудь парень с товаром.

«Виг сказал, это стоит предложить тебе». И обычно я это покупал. В его вещичках не было ничего особенного, но в порядке. И люди, привозившие софт, всегда были разные.

— Что это было, Финн, всегда одно только программное обеспечение? — спросил Лукас.

— В основном, да, если не считать каких-то странных скульптур. Об этом я позабыл. Я решил, что это Виг их делает. Когда первый раз парень привез одну такую, я купил у него софт, а потом спросил, как это, черт побери, называется? «Виг сказал, ты, возможно, заинтересуешься». «Скажи ему, что он псих». Парень рассмеялся. «Ну, тогда оставь это себе, — говорит он. — Я не повезу эту чертову штуку обратно». Я хочу сказать, размером она была примерно с деку, эта штука, просто кучка мусора и разная труха, набитая в деревянную шкатулку… Так что я засунул ее за тачку «коки» с металлоломом и совсем бы о ней забыл, если бы не старик Смит — он тогда был моим коллегой, торговал в основном искусством и тем, что идет в коллекции.