Пока я думал какой вопрос задать следующим – Ангелина заснула, хотя, посапывая у меня на груди все еще чуть хмурилась. Странные у нас получились отношения. Она вроде и понимает, что я ее собственностью не являюсь и быть не могу, все равно цепляется за любую возможность быть рядом. При этом я ее не виню, и уж точно обижать не собираюсь. Но опасения понимаю.

На следующий день, с самого утра, я отправился в дорогу. Взять никого с собой не вышло бы по правилам мероприятия, так что, наскоро попрощавшись с парнями и раздав целеуказания я снова уделил время девушке. Завтрака ждать не стали, но я перехватил пару питательных батончиков и бутылку с водой.

Пусть ехать нам было не так далеко, Строганов подготовился загодя и теперь впервые за долгое время выполнял свою главную роль, с которой его и прикрепил ко мне Роман – денщика. В одном лице и нянька, и водитель, и телохранитель, если придется. Думаю и с ролью дворецкого он бы справился, если пришлось.

– Есть то, что я должен знать о месте куда мы едем? – спросил я, усевшись в машину, на заднее сиденье. В начале хотел сесть спереди, на штурманское место, но под укоризненным взглядом Василия вспомнил о своем благородном происхождении и пересел назад, позволив открыть себе дверь. Эх, знал бы Строганов какое у меня реальное происхождение, вот была бы хохма.

– Общие правила поведения, те же, что и в училище. Думаю даже менее строгие. – заметил Василий, выруливая на объездную. – Единственное уточнение – там не армейские порядки, титулы, даже наследственные у детей – важней чинов.

– И в каком титуле я официально туда пребываю? – на всякий случай уточнил я.

– Потомственного нетитулованного дворянина, ваше благородие. – усмехнулись ответил Строганов. – Но фамилию можешь не скрывать.

– Ну то есть с одной стороны, они должны меня считать и называть как графа княжеской крови, а с другой – как простого дворянина? Тут даже я запутаюсь, не то, что посторонние. Да и вообще – в чем смысл? – нахмурившись спросил я.

– Формальности и правила местничества – ничего с этим не поделать. – пожал плечами Строганов. – Пусть формально ты и совершеннолетний, по правилам, введенным задолго до Мирослава, стать полноправным наследником Суворовых можно исключительно после окончания военного училища и вступления на действительную службу. Так что еще пара месяцев ты – ваше благородие.

– А контингент в академии благородных девиц будет соответствующий. – пробормотал я, прикидывая в уме варианты. – То есть кланяться мне придется чуть ли не каждому столбу на пути.

– Что, не нравится? – усмехнулся Василий, глянув на меня в зеркало заднего вида. – К счастью и не придется. Они тоже пока академий не кончали, и в титулы не вошли. Конечно, по правилам хорошего тона – стоит знать по крайней мере всех встреченных княжон и княжичей, особенно королевской крови, но тут тебе повезло.

– В том смысле, что в академии их не будет? – уточнил я.

– Их вообще нет. С сыном императрицы Екатерины скорее всего произошел несчастный случай, а у императора взрослых детей нет. По крайней мере от законной супруги. – заметив это Строгонов хохотнул. – Поговаривают, его величество когда то был большим ходоком, и не то, чтобы ни одной юбки не пропускал, но особой разборчивостью не отличался. Чем дамы и пользовались.

– Бастард императора – хоть и не перестает быть бастардом, но все же императора? – усмехнулся я, вспоминая старую поговорку.