|
— Мы все это знаем. Но пока мы не можем выкинуть этот продукт на рынок. Поверьте мне, при нынешней экономической ситуации мы не можем предложить обществу наш препарат. Единственное, что мы можем сделать, это обратиться к частным компаниям. Тогда мы не потеряем контрольного пакета акций. Последней из альтернатив может быть привлечение капиталов других инвесторов, которые согласятся войти в наше предприятие на правах учредителей. Конечно, этот подход потребует от нас жертв и сокращений ожидаемых дивидендов. В этом случае нам предстоит разбавить и без того жидкий капитал, который мы имеем сейчас.
Среди сотрудников поднялся ропот недовольства.
— Я не хочу терять ни одной акции, — заявил Эдвард, — когда «ультра» поступит на рынок, они станут очень дорогими. Почему бы нам просто не взять деньги взаймы?
— У нас нет никаких побочных поступлений в обеспечение такого заимствования, — ответил Стентон. — Заем такой суммы денег, которая нам нужна, без побочных доходов вызовет повышенный интерес к фирме, так как деньги пойдут не из обычных источников. А коль скоро это будет так, то люди, с которыми нам придется иметь дело, не позволят нам сохранять никаких коммерческих тайн, если дела пойдут неважно. Ты уловил мою мысль, Эдвард?
— В общих чертах и по смыслу — да, — проговорил Эдвард. — Но надо исследовать все возможности. Давайте изыскивать любой вариант, чтобы избежать потери дивидендов. Это было бы очень обидно, ведь «ультра» — это верняк.
— Ты так же уверен в этом, как тогда, когда мы приступили к делу? — поинтересовался Стентон.
— И еще сильнее! — Эдвард не колебался. — С каждым днем я все больше в этом убеждаюсь. Дела идут хорошо, и если они пойдут так и дальше, то через шесть, ну, самое позднее через девять месяцев мы сможем подать заявку на разрешение клинических испытаний, и это вместо обычных трех — трех с половиной лет.
— Чем быстрее вы будете продвигаться вперед, тем лучше будет наше финансовое положение, — одобрил Стентон. — Если вы прибавите темп, то оно улучшится в еще большей степени.
Элеонор рассмеялась — коротко и вызывающе.
— Мы и так работаем с максимально возможной скоростью, — заметил Франсуа.
— Это правда, — поддержал его Курт. — Большинство из нас спит меньше шести часов в сутки.
— Есть только одна вещь, к выполнению которой я еще не приступал, — пояснял Эдвард. — Я все еще не связывался со своими знакомыми из Комитета по лекарствам и пищевым продуктам. Я хочу сначала сделать «ультра» по меньшей мере, пригодным для клинических испытаний, то есть закончить основополагающую работу. Со временем мы попытаемся применить его при тяжелой депрессии у больных СПИДом и запущенным раком.
— Нам поможет все, что поможет сэкономить время, — заявил Стентон. — Фактор времени невозможно переоценить, поверьте мне.
— Мне кажется, что мы получили некоторые обнадеживающие данные, — заверил Эдвард.
— Вы получили новые данные о механизме действия «ультра»? — спросил Стентон.
Эдвард попросил Дэвида и Глорию рассказать о своем открытии.
— Как раз сегодня утром мы нашли в головном мозге крыс низкий уровень ферментативной активности белка, который метаболизирует «ультра», — вступила в разговор Глория.
— По-вашему, это должно меня чрезвычайно взволновать? — саркастически поинтересовался Стентон.
— Да, должно, — парировал Эдвард, — если ты, конечно, помнишь хоть что-то из того, что в твою голову пытались впихнуть за четыре года сидения на медицинском факультете. |