Это решило дело.

— О чём ты хотел поговорить? — позже спросила я, когда мы сидели в трёх шагах от лагеря и я сосредоточенно раскладывала письменные принадлежности. В юности ко всему относишься очень серьёзно, и я не собиралась потерять ни единого слова из нашей беседы!

— Мне казалось, у тебя возникли вопросы, прекрасная леди, — мягко ответил лесной страж. — Разве ты приехала сюда не в поисках ответов на них? Или ты удовольствуешься спасённой леди?

— Ох, нет! — невольно вырвалось у меня. — Прекрасные девушки должны иметь более покладистый характер, если хотят, чтобы их спасали! За два дня она извела меня хуже нежити.

— Ты не говорила бы так, если бы тебе пришлось с ней сражаться, — так же мягко возразил страж.

— С кем? — резко спросила я. — С нежитью или девушкой?

Страж засмеялся и только тогда я спохватилась. Хорош этнограф: плачется изучаемому объекту на тяжёлую жизнь! Да, тогда я ещё не представляла, какой тяжёлой жизнь может быть на самом деле.

— Зачем крестьяне привязали её к дереву? — поспешила я исправить свою оплошность.

— Жертва, — равнодушно ответил страж. — Эти люди поселились здесь недавно и откупаются от леса как знают.

— Разве недавно? — не поверила я. — Ещё моя бабушка…

— Я помню твою бабушку, — прервал меня страж. — Я отлично помню твою бабушку и только ради её памяти не завёл тебя подальше в лес на съедение нежити. А деревни у дороги появились совсем недавно — тогда же, когда и дорога. Она стоили жизни моему деду и едва не убила родителей.

Тут я прикусила язык, сообразив, что лесное существо живёт по другому времени, чем люди, и, конечно, с точки зрения стража деревня была построена совсем недавно.

— Так ты моложе деревни? — уточнила я, стараясь удержаться от ненужных вопросов про бабушку.

— Да, я появился через несколько лет после нападения, — спокойно подтвердил страж.

— Какого нападения? — не поняла я.

— Огненных магов, моя леди, — пояснил страж, и мне показалось, что он улыбается.

— А-а… — потянула я. Разговаривать со стражем оказалось непросто. Сквозь его мягкость и предупредительность словно проглядывал звериный оскал. Здесь, в лесу, я полностью в его власти, и стоит ли полагаться на «память о бабушке»? По её же рассказам, нечисть не предупреждает, когда ей вздумается напасть.

— Эти люди поселились в лесу недавно, — не дожидаясь моих вопросов проговорил страж. — Сначала они молились вашим городским богам, но быстро поняли, как мало на них надежды. Мои люди — оттуда родом твоя бабушка — пытались им объяснить, но те оказались слишком глупы. Они поняли, что в лесу есть сила, им неподвластная, но нежить показалась страшнее. Если бы им пришлось всерьёз пахать на себя и пасти скот, они бы поумнели, но ваша корона всё время присылает обозы со всем необходимым для жизни. Почему?

— Обычай, — неопределённо ответила я. Деревни у дороги по сю пору числятся в архивах как рабочие посёлки: ожидалось, что их жители займутся лесозаготовками. Но время шло, им регулярно высылали паёк и кое-какие деньги на прожитье… а лес в казну так и не поступал.