– И что же?

Джек хотел ответить, но не успел. Подоконник на который он опирался вдруг ушел из под его ладоней, а к горлу подступила тошнота.

«Что происходит?!» – промелькнула у него паническая мысль и в следующее мгновение он ударился макушкой о потолок.

«Набухался, что ли?» – промелькнула новая мысль, одновременно с усилиями сдержать этот приступ тошноты.

И тут неожиданно возникло голубое платье Ангелики, которое развевалось, словно в воде. Чудные голубые трусики, стройные загорелые ноги.

Она прекрасна, что и говорить.

В следующее мгновение девушка ловко оттолкнулась от потолка ногами и скользнул к двери.

«Как в бассейне!» – снова подумал Джек, все еще сдерживая рвотные позывы.

«Раньше у нас был курс-тренинг действия в невесомости, но потом и он попал под сокращение. А – жаль.»

Кто это говорил? Сам собой всплыл образ инструктора из Центра обучения Агентства.

В коридоре грохнул выстрел, а потом сразу автоматная очередь.

«Как в кино,» – промелькнула у Джека мысль, когда он, кое как оттолкнувшись от потолка уже полетел к распахнутой двери номера.

Получилось слишком быстро и он едва не протаранил головой пол в коридоре – реакции в невесомости оказались какими-то неадекватными.

Тут он снова увидел Ангелику.

С перекошенным от напряжения лицом, она распахнула дверцу пожарного шкафа и выхватила оттуда заранее спрятанный пистолет.

И снова ее синие трусики и прекрасные ноги. Ангелика стреляла поверх Джека и пули проносились в сантиметрах над ним, однако он не мог оторваться от созерцания ее оголившихся ног.

Эх, а ведь с ней сегодня все могло получится! Ну, что за невезуха?

В эти мгновения Джек напрочь забыл даже о приступе тошноты, смешно извиваясь, чтобы не всплыть на линию огня – противные стороны обменивались потоками свинца и видно было, как вырванный пулей клочок голубого платья, кувыркаясь, отправился путешествовать по коридору, среди разлетавшихся кусков отбитой штукатурки.

Однако, Ангелика не сдавалась и продолжала стрелять, как и ее коллеги, которые палили из дверей своего номера.

Потом удар об пол и все встало на места.

«Сеанс окончен! Просьба не толкаясь направляться к выходу!»

Что за фраза? Откуда она?

Джек вскочил на ноги и в двух шагах от себя увидел здоровяка в черном трико и с огромным пистолетом, который несся по коридору огромными скачками, чтобы доделать начатое, а заодно пригвоздить к полу сторонний персонал – вроде Ангелики.

Он был бы неудержим, этот хорошо обученный и подготовленный боец, если бы не удар Джека.

Его знаменитый, в определенных местах, тюремный удар, который он старался не пускать в дело без нужды, поскольку не мог контролировать результаты его применения.

Вот и сейчас – встретившись с кулаком Джека, человек в трико полетел к стене так, словно действие генератора антигравитации еще не закончилось.

– Руки за голову! Руки за голову!..

Джек не сразу понял, что это относилось именно к нему. Та, первая «спортсменка», тыкала в него пистолетом большого калибра и приказывала сдаваться.

Он поднял руки на головой и вздохнув, прислонился к стене.

В коридоре стоял гвалт и беготня, кто-то кричал, что «угроза миновала», другие по радио требовали эвакуации «объекта», а Ангелика, морщась от боли, стягивала спецпластырем рану на предплечье.

– Да опусти ты руки! – снова стала командовать эта – первая «спортсменка», теперь уже без пистолета. – Ты чемпион, что ли, какой-то?

– Нет, я тут отдыхаю… – пробубнил Джек, наблюдая за тем, как эта активная девушка проверяет пульс подбитого им злодея.