Я ошарашенно уставился на него.

— А огры — это, я так понимаю, дылды с дубинами в полтора человеческих роста?

— Ну, полтора, это ты поскромничал. Там все два роста, — Копаня глянул наверх, — Да и вообще вам повезло, считай. Вот тролли раньше были, это да, там есть чего бояться.

Я медленно выдохнул. Так, тут всё ясно. Должен бежать на болота со всех ног, да ещё «спасибо» приговаривать.

— Ты сказал, две задачи.

— Чего? Ааа, это… Будешь вполглаза приглядывать за княжной.

— Так я же в поход уйду.

— А она что, думаешь, не идёт?

— То есть⁈ — растерянно вырвалось у меня.

— Воевода берёт её, и не спрашивай, почему. Надо будет, он сам расскажет. И так уж получилось, что я должен воеводе… — Копаня цыкнул, будто сам удивился своим же словам, — Поэтому так я отдаю долг.

— Как? Посылая в поход… меня⁈

— Нет, в поход ты идёшь для нас, для гномов. А там заодно будешь смотреть за княжной, как воевода просил, — он грозно покачал пальцем, — Смотри, не сдохни там, а то… Как это там эльфы-то бают? «Гномий долг сорвёт исподнее, и достанет в преисподней.» Да я шучу! — новый хлопок по больному плечу, — Почти.

Я таращился на гнома, искренне пытаясь понять, не насмехается ли он надо мной. То есть, я иду к ограм за чем-то для гномов из-за своего собственного долга, но охраняю княжну, потому что это долг Копани.

Судя по спокойному взгляду Тяженича, его такая логика вполне устраивала.

— Я ещё не яродей даже, — только и сказал я.

— А потому что хренью страдаешь. Я думал, ты уж на первый круг скакнул.

Я повёл бровью:

— Очень хочется вас всех послать, если честно…

— Вот, Грецкий, за что люблю тебя, так за душевную прямоту, — Копаня снова хлопнул меня по плечу, и я изогнулся, — А, извини, верхоёвина… Значит, слушай сюда, а то мне скоро уходить, и не увидимся мы ещё до-о-о-олго.

Он вытянул руку, и в ней повис на цепочке мой родимый камушек иолит.

— Да как ты?.. — я тут же его схватил, — Он же у меня в гриднице был.

— Подарок чей? Наш! — невозмутимо ответил Копаня, — А раз он наш, то чему ты удивляешься?

Я лишь хмыкнул в ответ. И это тоже была безупречная гномья логика… «Подарок наш, а раз наш, то наш. И, кстати, ты нам за него должен».

Только попал в этот мир, и сразу наткнулся на гномошенников. Какая удача, однако. Скорее бы уже набрать такую силу, чтобы этого Копаню в бараний… в гномий рог свернуть.

— Руны помнишь?

— Эз-ле — искать, то-ро… кхм… стоять.

— Ох, и хорошо, мозговитый, — Копаня довольно погладил бороду, — Это сегодня редко встречается, все верховые обычно без мозгов живут.

— Что мне у огров найти надо?

— Да, насчёт мозгов, это я поторопился… Так руны помнишь?

Я чертыхнулся и, нахмурившись, кивнул. И лишь потом до меня дошло… «Эз-ле» — искать.

Теперь ясно — прихожу на болота, активирую камушек, и он сам ищет. А что ищет, знать мне пока не положено.

— Когда камень приведёт тебя, ты сможешь увидеть то, что нам нужно, Грецкий. В том-то и дело, что только ты и сможешь, — он поскрёб бороду, — И всё же, наверное, надо тебе ещё одну руну в помощь…

Я сразу уселся поудобнее, буквально горя от нетерпения. Ещё одна руна? А вот это хорошо, это душевно… Чем мне нравилась гномья волшба, так это своей практичностью и пользой.