– Вы рано встали, – сказала она, заметив его взлохмаченный вид. – Или не ложились совсем?

– Я думал сделать маленький крюк по дороге домой, возвращаясь от Сейнт Джона из Сикс Майл Ботом, и пожелать вам доброго утра.

– Доброе утро тогда. – Она стояла настороженная, держа Туна за повод. Его уши были прижаты, словно при приближении Хэтфилда он почувствовал опасность. Был ли он вообще другом Синджина?

– Синджин шлет вам привет, – сказал он, словно читая ее мысли. Его голос был мягким. Он стоял не более чем в нескольких ярдах, смотря на нее. Совершенно случайно он видел их за оградой для переодевания вчера после скачек и наблюдал, как они обнимались, шептали что то друг другу, их нежный поцелуй.

Если бы Синджин знал, он бы понял появление виконта у себя на вечеринке прошлым вечером.

– Синджин? – Челси уклончиво поинтересовалась, пытаясь понять, как много он знал.

– Я видел вас вместе на скачках. – Его медленная кривая хищническая улыбка наполнила ее ужасом.

– Вы, должно быть, ошиблись. – Ей удалось контролировать свой голос, хотя нервы ощетинились, словно шерсть на шее и спине у ее любимой охотничьей собаки.

– На вас был плащ цвета бургундского, я полагаю, а на Сейнт Джоне его обычный варварский наряд.

– Должно быть, это был кто нибудь еще, епископ, – ответила Челси холодным ровным тоном. Не оставалось другого выхода, как нагло все отрицать; признаться в их интимности, поцелуе, ухаживаниях Синджина… У нее учащенно забилось сердце оттого, что их разговор мог кто то услышать. Этот человек со стальными глазами знает о пари? Слышал ли он, как они обсуждали выплату долга? Или, может быть, Синджину нельзя доверять, и он в конце концов насплетничал о… Нет, вдруг решила она. По крайней мере, не Ратлэджу.

– А а… – Мягкий звук означал размышление, несогласие. Задумчиво уставившись на нее, он ответил с ехидно поднятой бровью и очевидной лживой сердечностью:

– Мои извинения, леди Челси, за мою ошибку. – Его голос упал до совершенного шепота:

– Значит, герцог Сетский не является вашим другом?

– Я только слышала о нем.

– Так же, как весь свет. – Должно быть, ее раздражение стало заметным, потому что его голос приобрел располагающую мягкость.

– Да, конечно, – уклончиво пробормотала она. – Если вы хотите видеть моего отца или братьев, – продолжала она, решив закончить дальнейшие разговоры о герцоге Сетском с человеком, которого презирала, – они скоро вернутся с утренних бегов. Миссис Макаулай будет счастлива приготовить для вас кофе или чай, но боюсь, что Тун не может дольше стоять спокойно. Простите меня. – Требуемые обязанности хозяйки были выполнены, и она дернула за повод Туна и направилась в сторону выгула перед конюшней.

– Вы очень красивы, мисс Фергасон.

Небольшая угроза прозвучала в его голосе в солнечном утреннем воздухе, плохо согласуясь с мирным деревенским пейзажем, но явная и ощутимая из за своего несоответствия. Она обернулась к нему, стараясь скрыть свою тревогу, и обнаружила, как нелогично думает о том, как возбуждающе действовали те же самые слова, сказанные Синджином. Какая порочность скрывалась за ледяными серыми глазами Ратлэджа, заставляющая ее вздрогнуть при этих простых словах?

Стоя прямо, чувствуя себя спокойно рядом с огромным Туном, она сказала с минимальной вежливостью:

– Спасибо.

– Ваш отец сказал, что вы не хотите выходить замуж в ближайшее время?

– Мой отец решил подождать до следующего сезона, прежде чем начать вывозить меня.

– Жаль. Сейнт Джон это знает? – Он спросил тихо, почти шепотом.

Ей вдруг захотелось бежать от этого человека, чувствуя себя преследуемой, загнанной в угол.