Челси прикусила нижнюю губу, и он решил, что она обдумывает его предложение. Вместо этого она обдумывала, как начать обсуждение денежного вопроса. Пятидесяти тысяч, если быть точной. Смиренно точной. Но когда она вспомнила о десятке или примерно таком количестве женщин в Сикс Майл Ботоме, привезенных из Лондона, она решила, что герцог знаком с ценами на удовольствие. Тем не менее она, немного заикаясь, проговорила:

– Если вы предпочитаете ваш.., охотничий домик.., я подчиняюсь, но я.., думала, что… – Она глубоко вздохнула, посмотрела на панораму Кембриджшира перед собой, прежде чем обратить взгляд на Синджина, и быстро, пока не потеряла смелости, выпалила:

– Возможно ли считать это деловым соглашением?

– Сколько? – сказал он с легкой предвидящей это улыбкой, знакомый с «деловыми соглашениями» и позабавленный ее неожиданным волнением. Какой очаровательной она выглядела, покрасневшая и возбужденная, сидящая без седла в поношенной рубашке и мальчишеской куртке, с выглядывающими из под юбки обутыми в ботинки ногами; а до ее розового колена можно было достать рукой.

Она выдохнула и на секунду задержала дыхание, пока он любовался полнотой ее груди, стесненной зеленоватой бархатной мальчишеской курткой. Затем, сделав глубокий выдох, она призналась:

– Я не могу сказать этого.

– Пятьдесят тысяч? – любезно предложил он.

Она резко посмотрела вверх.

– Откуда вы знаете?

– Пари, дорогая. Очевидно, вы нуждаетесь в пятидесяти тысячах.

– Я – нет, – быстро вставила она, – но мой отец нуждается, и видите ли… – И затем все закружилось в ее голове: восемьдесят тысяч, которые он должен; надежды на продажу Туна, если он выиграет завтра; скидка на эту надежду; затем оставшаяся часть, которую она надеялась получить за…

– Деловое соглашение, – мягко предложил Синджин, когда она не знала, что ответить.

– Я была бы так признательна, – трогательно добавила она, и на долю секунды Синджин подумал о том, чтобы дать ей деньги, как сделал бы джентльмен, не требуя ее общества на неделю.

Доли секунды прошли, и вмешались более эгоистичные мотивы: рядом с ним находилась чарующая Молодая женщина, с розовыми щеками, золотыми, развевающимися на ветру волосами, неземной красоты, теплая одухотворенная натура, которая обольщала смелее, чем самые знаменитые красавицы света.

Она будет его. На неджентльменских условиях. За любую цену.

– Хотите наличными.., сейчас?

– О, нет, я вам верю.

Ее слова были такими наивными, что он испытал муки совести, правда, быстро прошедшие.

– В таком случае считайте, что в конце следующей недели пятьдесят тысяч ваши.

– Большое спасибо, ваша светлость, – тихо сказала она. Ее улыбка была ангельской и одновременно ослепительной, свойственная ее странной способности демонстрировать как невинность, так и обезоруживающую богатую сексуальность.

И в этот момент только героическая джентльменская выдержка – что доказывало, по крайней мере, наличие совести, хоть и редко проявляющейся – удержала его в седле. Конечно, ему было бы чрезвычайно неловко стоять в этот момент: замшевые бриджи скорее служили второй кожей, чем одеянием.

– Это доставит мне удовольствие, – мягко сказал он с некоторой долей чистосердечия и улыбнулся в ответ.

Должна ли она сказать, что польщена? Челси думала, стараясь сдерживать смешок, грозивший вырваться от видимого возбуждения герцога, также отлично сознавая его неописуемо красивую улыбку, осветившую его глаза, легшую складками на его изящной верхней части щеки, поднявшую уголки его губ. Соблазнительно.

– Вы горячий молодой человек, – сказала она с усмешкой, проследив взглядом вниз. – Вы думаете, что сможете подождать до следующей недели?

– Дьявол, нет, – лениво протянул он, тоже с улыбкой.