Сердце у меня замерло, я подошла к столу и начала вытаскивать подарки. Такого богатства я никогда не держала в руках! Чего тут только не было! Две шелковые рубашки, бусы, ленты, пуговицы, всякие украшения!

    Я захлопала в ладоши и сразу начала все мерить и показывать Алеше. Жаль, только что все время засыпал и не мог радоваться вместе со мной.

    Глава 9

    Ночью мне приснился страшный сон, будто на Алешу напали разбойники. Они хотели его убить, но он один справился со всеми. Мне стало очень страшно, но когда проснулась, он лежал рядом и спокойно спал. Правда запах от него был какой-то потный, лесной и дикий. Я долго смотрела на его лицо, удивляясь тому, что человек, которого я впервые увидела всего несколько дней назад, стал мне таким родным.

    Вставать было еще рано, в доме все спали, и я опять заснула. Разбудил нас громкий стук. Алеша вскочил, будто и не спал, и голым, бросился к дверям.

    -  Кто там? - спросил он, тревожно оглядываясь на меня.

    -  Хозяин спрашивает, можно прийти примерить, - ответил подмастерье.

    -  Скажи, что я скоро сам приду, - с облегчением ответил он.

    Почему он так тревожится, я не поняла, в голове у него были мысли только обо мне. Он вернулся к постели, посмотрел на меня, улыбнулся и начал одеваться. Я тоже встала и надела на себя новую красную рубашку. Материя была такая тонкая и скользкая, что мне стало холодно, и по телу пробежала дрожь.

    -  Алечка, надень лучше свой сарафан, - попросил Алеша.

    -  Почему? - делано удивилась я.

    -  Потому, - ответил он и посмотрел на меня потемневшим взглядом.

    Только я успела переодеться, как пришел Фрол Исаевич с подмастерьем. Алеша подумал, что портному интересно не мерить платье, а узнать, чем кончилась встреча с генералом. На самом деле, так оно и было. Котомкина разбирала любопытство, но спросить он постеснялся.

    Они начали свой разговор о сюртуках и фраках, а я пошла навестить Дуню. То, что я ночевала в одной комнате с Алешей, знали уже все в доме, и я боялась, что меня будут осуждать.

    Однако ни тетка Степанида, ни Дуня плохо обо мне не думали. Дуня рассказала по секрету, что Алексей Григорьевич заказал отцу сшить мне новый сарафан. Сердце у меня замерло от радости, но я сделала вид, что совсем этому не удивилась.

    -  Тятя его вчера уже скроил и наметал, - сказала она.

    -  Красный? - затаив дыхание, спросила я.

    -  Красный с синими рукавами.

    Я сделала вид, что мне это не очень интересно, но не удержалась и спросила:

    -  А можно его посмотреть?

    -  Не знаю, боюсь, тятя заругается, - с сомнение ответила Дуня. - Он не любит, когда без него наряды меряют. Давай спросим маму.

    Мы пошли к тетке Степаниде и она разрешила. Не буду рассказывать, что я почувствовала, когда надела обновку. Женщины меня и так поймут, а мужчинам такое о нас знать ни к чему. Это было настоящее счастье! Я не выдержала и побежала в нашу комнату, показаться Алеше. Он в это время разговаривал с Фролом Исаевичем. Я его не увидела, вбежала и закружилась на месте.

    -  Посмотри, какая красота! - сказала я, бросаясь ему на шею.

    -  Вот видишь? А ты говоришь, что я шить не умею, - сказал Алеше с обидой в голосе Котомкин, - народ он лучше понимает!

    Алеша только хмыкнул и спросил, сколько стоит вся материя, которую потратил на нас Фрол Исаевич.