Утром проснулся поздно. Странный сон, в отличие от предыдущих, показался мне добрым знаком. Думаю, это был последний сон. Собственно, поздно проснулись все. Разве что молодёжь уже развлекалась во дворике. Билл и Эрни учили Сэма работать копьём. Получалось пока плохо, но видно было, что парень старается. Ему бы ещё силовая тренировка не помешала, а то хлюпкий, кости одни. Но тут лучше Эванса тренера не придумать.

Утром меня посетил доктор Абель. Ему кто-то сказал, что герой серьёзно ранен, поэтому он не поленился навестить меня. Размотав повязку, он осмотрел глаз и как-то неоднозначно поцокал языком. Надо полагать, ничего хорошего там не увидел. Тем не менее, рану он промыл, смазал какой-то мазью и наложил чистую повязку.

— Что там с глазом, — нетерпеливо спросил я, — видеть будет.

— Не могу сказать, что с глазом вашим всё в порядке, — Абель поморщился, — глазное яблоко тоже получило повреждения. Но зрение, я думаю, сохранится. Главная проблема с веком. Раны серьёзные, зашивать их поздно, да и не факт, что получилось бы. Всё постепенно заживёт, но веко не будет полностью открываться. Пока придётся ходить с повязкой. До полного заживления ран.

Я слегка оттянул пальцем повязку и посмотрел в зеркало. Видно плохо, только сплошная рана. Ну да ладно. Мне не на выставку. Да и жениться вряд ли предстоит.

— Спасибо, доктор, — сказал я ему вслед, когда он, закрыв чемоданчик, уже выходил в дверь.

Когда доктор ушёл, я вышел во двор, присел на лавку и начал набивать трубку. Сзади бесшумно подошёл Эванс.

— Через час опять собрание у коменданта, пойдёшь?

— Пойду, нужно узнать, что делать дальше, а ты?

— Тоже, может, вместе что-то придумаем.

Я утрамбовал табак пальцем и чиркнул спичкой. Затянувшись, выпустил облако ароматного дыма. Нет, всё-таки табак — это табак, а сигареты, набитые соломой — это… совсем другое. Окончательно войдя в образ, я вынул мундштук изо рта и с акцентом произнёс:

— Хороший у вас план, товарищ Жуков, — а потом сам себе улыбнулся.

На собрании было довольно многолюдно. Кроме Балтазара и двух молодых архонтов, присутствовал ещё один архонт, тоже старый и, видимо, высокого ранга. Также были комендант, Фукс, Гофман, зампотылу и ещё парочка незнакомых мне офицеров. Слово взял комендант:

— Итак, активность противника снизилась до почти нулевой, уже почти сутки он никак себя не проявляет и нам даже неизвестно, где его остальные силы.

— Откуда такая информация? — перебил я, наплевав не субординацию.

— Кроме этой крепости, есть и другие, — снисходительно объяснил комендант, — так вот, они ещё затемно отправили разведывательные группы, которые прочесали низину частым гребнем. Не нашли никого, хотя забирались почти на двадцать миль в глубину. Предположительно, все силы врага отошли ещё дальше.

— Какие действия мы предпримем теперь? — строго спросил Фукс.

— Не знаю, — откровенно ответил комендант, — возможно, что никаких. Продолжаем охранять границу. Противник сидит на болотах. Всё.

— А как насчёт полной зачистки болот? — спросил вице-президент.

— Не факт, что нам хватит всех имеющихся сил, — грустно ответил ему Гофман, — одно дело — держать оборону в цитадели, под прикрытием пушек и пулемётов, и совсем другое — сражаться с нечистью на её поле. Напомню вам, что отряд, которым командую я, — это, скорее, исключение из общей массы войск. Сейчас готовят ещё два таких отряда, использовать их в деле можно будет только месяца через три.