|
Три часа, два из которых ей придется собираться, делать прическу и макияж. И это не счи-тая того, что рядом будут вертеться сестра и мама. Ей очень хотелось пообщаться с ними, но как попросить их подождать, пока она попробует переспать с женихом перед свадьбой? И что, если Винсент окажется беспомощным? Готова ли Алексис уйти? Винсент ни за что не отменит свадьбу. Особенно по такой причине. Гордость просто не позволит ему этого. Ситуация и так близка к катастрофе, а тут еще Дилан постоянно маячит перед глазами, на-поминая ей о том, что значит сексуальное влечение. Если бы не это, Алексис смогла бы убедить себя, что секс не так уж и важен. Что есть и другие виды любви. К несчастью, от них не появля-ются дети. Алексис спустилась в погреб выбрать вина, мысленно желая, чтобы Винсент был сейчас рядом. Он знал толк в винах. А ей пришлось положиться на вкус сомелье. От двери, ведущей вниз, спускались каменные ступени. Воздух чем дальше, тем становил-ся холоднее. Девушка прошла немного и оказалась перед другой дверью, ведущей в сам погреб. Там, в специальных отсеках, тянувшихся вдоль стен, лежали бутылки изысканных вин. Как в библиотеке, только вместо книг – бутылки. Девушка сидела за столом в центре погреба и пролистывала гостевую книгу, когда услы-шала чьи-то шаги. Это, без сомнения, шеф-повар, который предложил изменить соусы к птице согласно ее выбору вин. А Алексис еще ничего не выбрала. Она хотела заказать шампанское к закускам, белое вино к курице и красное к мясу. И, воз-можно, десертное вино к свадебному торту и кофе. Она не хотела думать, одобрит ли ее выбор Винсент. Алексис собиралась поменять развитие их отношений в сторону равноправного парт-нерства. Убедить в этом Винсента будет нелегко, но придется постараться. Шаги замерли. Алексис изобразила на лице улыбку для повара, но на пороге стоял Дилан. Улыбка сошла с ее лица, как только улыбнулся Дилан. При других обстоятельствах это могло бы показаться забавным. – Я думал, ты уже управилась здесь. – Ты же видел, что я выбирала расположение столиков. – Алексис так и не запомнила, что выбрала. Это невозможно было сделать, когда Дилан играл на рояле и так на нее смотрел. Чем упорнее Алексис избегала Дилана, тем чаще они оказывались в одно время в одном месте. Как тогда, когда они уже заметили друг друга, но еще не стали парой. Захватывающее, увлекательное чувство, но, черт возьми, оно не должно возникать сейчас. – А я надумал выбрать бутылочку вина к обеду. – Дилан повернулся к полкам. Его профиль напомнил Алексис о том, как она вставала пораньше, чтобы просто посмот-реть на него спящего. Сможет ли она – захочет ли – испытать такую же близость с кем-нибудь еще? – Выбирай, – подбодрила она его, услышав звук у двери. – Это, должно быть, повар. Он сказал, что зайдет сюда. Оба замолкли. Прошло несколько минут, прежде чем оба поняли, что вокруг слишком ти-хо. Куда делся звук шагов? Алексис приоткрыла дверь. – Эй? Ответа не последовало. Нервно улыбнувшись Дилану, Алексис подошла к двери. – Я никого не вижу. – Ладно, я выберу вино и не буду тебе мешать. Здесь большой выбор. – Хочешь красное или белое? – поинтересовалась девушка, подойдя к Дилану. – Красное, наверное. – У меня есть список. – Она протянула ему листок. – Здесь хорошие и не очень дорогие ви-на. – То, что нужно. С чего начнем? Оба склонились над листком. В прохладном воздухе Алексис ощущала жар мужского тела. Слишком близко. Она выпрямилась. – Поди-ка сюда, – позвала она. – Смотри. – Алексис показала на листки, свисающие с по-лок. – Комментарии людей, которые заказывали эти сорта. «Пьешь солнечный свет, а проглаты-ваешь тени». – Что это значит? – Что кто-то перепил перед тем, как такое написать. |
