— Но об этом мне надо поговорить с Исабель.

Антонио насторожился:

— Что-то не то происходит?

Салинос улыбнулся и поспешно сказал:

— Нет, надеюсь, что нет! Но я не могу это решить без нее.

Антонио понимающе посмотрел на друга и тоже потянулся за сигаретой.

— Ну, это естественно, — смягчился он и зажег огонек. Друзья затянулись сигаретами.

5

Исабель походила на разъяренную тигрицу. Растрепанные пряди волос ниспадали на раскрасневшееся от негодования лицо, казалось, даже ее безукоризненная фигурка в плотно облегающем коротком платьице пылает гневом…

Девушка решительно подошла к старому шкафу и со злостью распахнула дверцы. Бросив презрительный взгляд на свои наряды, она принялась перебирать их. Вернее сказать, стала методично и безжалостно вытряхивать все на пол.

В спальню вошла Бернарда. Она была шокирована увиденной картиной: на полу валялись платья, кофточки и прочие принадлежности дамского туалета.

— Исабель, что здесь происходит?

Девушка, не обращая внимания на Бернарду, продолжала устраивать в своей комнате погром.

— Тряпки! Все это мусор! — выкрикивала она.

— Как это…

— Мне даже нечего надеть!

Бернарда подошла к дочери.

— Исабель, что с тобой? — с испугом спросила она. — Что ты делаешь?

Дочь повернулась, пылая и задыхаясь:

— Эти тряпки годятся только для нищенки!

Она бросила на пол платье, которое держала в руках, и стала топтать его.

— Ты с ума сошла! — крикнула Бернарда. — Что ты делаешь с вещами!

Исабель подняла с пола платье и сунула его в лицо Бернарде:

— И это ты называешь вещами? — Она отшвырнула платье в сторону. — Довольно, с меня хватит!

— Ты потом пожалеешь.

— Разве это вещи? — Исабель разъяренно развела руками. — Мне нечего надеть! — Девушка бросилась на кровать. — Мне нечего надеть, — повторила она.

— Ты преувеличиваешь.

Бернарда пыталась говорить ровно и спокойно.

— Нет, не преувеличиваю, — повысила до крика голос девушка. — Что я могу надеть?

— Исабель…

— Чтобы меня там жалели?

— Но не надо так расстраиваться. — Бернарда подсела к дочери. — Мадам Герреро всегда покупала тебе все самое лучшее и красивое, — заметила она.

Исабель приподнялась.

— Что ты можешь об этом знать?

— Разве?

— Да.

— Я думаю, что не стоит обращать внимание на такие мелочи, — заметила Бернарда.

— Что ты понимаешь! — прошипела Исабель.

— Я…

— Представляешь, ты, служанка, как я появлюсь в этой одежде? — безжалостно бросила девушка. Ее почти трясло. — Меня будут жалеть!

Мать молча слушала.

— О каком уважении ко мне можно будет говорить тогда? — поясняла дочь.

— Исабель, — вздохнула Бернарда.

— Что — Исабель?

— Когда ты выйдешь замуж, твой муж купит тебе все, — успокаивала ее Бернарда.

Исабель удивленно посмотрела на утешительницу.

— Ведь не это важно!

— Разве? — Исабель усмехнулась. — Важно, в какой одежде я впервые появлюсь в его доме, — отрезала она.