Исабель готова была вспыхнуть, нагрубить жениху, но вовремя опомнилась и, отвернувшись, задумалась…

Между молодыми людьми возникло неприятное и неловкое молчание. Фернандо ерзал на диване, пытаясь найти, вернее, привести разумные доводы в пользу своего решения.

— Что ты сказал?

— Мы не будем устраивать пышного торжества по случаю свадьбы, — повторил Салинос.

У Исабель был удрученный вид.

— Фернандо, но я…

— Исабель, я это делаю ради тебя. Не думаю, что ты можешь участвовать в таком празднике.

Исабель склонила голову.

— Ты еще не готова к бурным празднествам.

Фернандо нежно положил свою руку на ладонь невесты и постарался утешить ее.

— Это, конечно, так, но… — Девушка искала любую зацепку, любой повод, чтобы добиться желанного результата. — Это, конечно, так, но Тереза…

— Да, я понимаю, но хочу, чтобы ты прислушалась ко мне. — Он немного помолчал, потом добавил: — Она не приняла во внимание твой траур, но я надеюсь, что ты ее простишь.

Девушку злило упрямство Фернандо. В душе она знала, что он прав, но Исабель было так трудно расстаться со своей мечтой.

— Что будем делать? — упрямо повторила она.

Салинос с досадой вздохнул.

— Не знаю, Исабель. — Он встал. — Церемония должна быть очень скромной. Будут только самые близкие родственники.

— Только?

— Да, торжество в семейном кругу. — Фернандо подсел к девушке. — Потом я обещаю тебе устроить праздник или прием, как ты захочешь.

— Нет-нет. — Исабель поспешно встала с дивана. — Это мой праздник, моя свадьба, — порывисто произнесла она.

— Исабель, дорогая, что с тобой? — Фернандо подошел к ней и обнял. — Я делаю это ради тебя, — оправдывался Салинос, — повторяю, из-за траура, который ты носишь по своей матери.

С мольбой в голосе Исабель проговорила:

— Я знаю, Фернандо… — Она глубоко вздохнула. — Но именно поэтому, ради мамы… Она всегда говорила, что очень хотела бы, чтобы в день моей свадьбы был большой праздник.

— Исабель, я не думаю, что сейчас время устраивать большой праздник, но если… — Он внимательно посмотрел ей в глаза и прочитал в них огромное желание устроить праздник. — Но если ты так считаешь…

Исабель добилась своего, лицо ее сразу просветлело, и она постаралась затушевать прежнюю горечь.

— Неважно, что праздник будет не очень большим, — ворковала она, но пусть это будет праздник.

Фернандо не возражал.

— Я знаю, что ей бы это понравилось, — прошептала Исабель и возвела глаза к небу.

Салинос молча смотрел на свое божество.

— Я не хочу, чтобы и твоя семья была лишена этого праздника, — сказала Исабель.

Фернандо хотел возразить, но девушка прикрыла ему губы своей очаровательной миниатюрной ладошкой.

— Пожалуйста, чтобы это не было по моей вине.

Фернандо отстранил ее руку.

— Но, дорогая, это же не твоя вина…

Исабель пришлось начинать заново:

— Я все думаю о маме… — На глазах бедняжки появились слезы. — Ей бы так понравился этот праздник!

Дальше сдерживаться она не могла и разрыдалась, упав на грудь жениха.

— Любовь моя… — Фернандо был в смятении. — Хорошо, — уступил он.

— Фернандо, это для мамы.