— Если ниточка ведет в Москву, то я пас, — заявил Беспалый.

Следователь боялся связываться со столичными органами. Вдруг какой-нибудь шустряка начнет рыть под него? Кто их знает, столичных? Что у них на уме? А он, Беспалый Пал Палыч, погряз. По уши, как говорится! Они там в Москве тоже погрязли! Но всегда велик соблазн вытащить на свет Божий напакостившего коллегу, чтобы прослыть честным и принципиальным. Кто же такое упустит?

— Я пас, — повторил следователь, — в делах московских я не компетентен.

— Мусор — он и есть мусор! — сплюнул Гробовщик.

С этого дня расследование стало сильно буксовать. Был составлен фоторобот предполагаемого убийцы, приятеля Христофора, и объявлен федеральный розыск. Но фоторобот являлся чистейшей формальностью, ведь никто из пассажиров лайнера не помнил парня в лицо, больно неприметен.

И у Поликарпа руки оказались не такими уж длинными. До московских просторов они явно не дотягивались. Он потихоньку собирал информацию о домодедовской братве, но его «миноискатель» не сигнализировал. Фамилии и клички домодедовцев ему ни о чем не говорили.

5

Геннадий целый день изучал материалы дела. Время от времени курил, но размышлять над прочитанным было некогда. Слишком увесистую папку принесла ему Светлана. Только под вечер он смог расслабиться и развалиться в кресле.

— Что скажешь? — сразу набросилась на него Света.

— Дело непростое. Ты не знаешь, досняли они этот фильм?

— Точно не могу сказать. Во всяком случае, режиссер из психушки не вышел. Может быть, за него досняли? Это для тебя важно?

— Разумеется.

— Тогда я узнаю. С чего думаешь начать?

— Послушай, ты так будешь все время? — возмутился Балуев. — Ты обещала заниматься моими детьми. Вот и занимайся! Артем не хочет уезжать без Вальки! С чего ты думаешь начать?

Она фыркнула и ушла на кухню. Но не прошло и получаса, как Геннадий притащился к ней с вопросом.

— Этот парень из «Сириуса». Как его? — Он достал из кармана визитную карточку и прочел: —«Гольдмах. Игровые автоматы». Он что, твой знакомый? Ты вчера с ним поздоровалась!

— Тебя это волнует? — огрызнулась Света.

— Я занимаюсь, кажется, твоим делом, — сквозь зубы произнес он.

— А при чем здесь Миша?

— В деле встречается такая же фамилия. Гроб с музыкантом стоял на могиле некоего Гольдмаха Исаака Ильича.

— Боже мой! — всплеснула руками Кулибина. — Ну и начало! По-моему, ты разучился ловить мышей! — в ужасе констатировала она и даже присела на табурет.

— Кто он ему, этот Исаак Ильич? — не обращая на нее внимания, допытывался Геннадий.

— Да откуда я знаю? У тебя же визитная карточка! Позвони и спроси!

— А завтра весь город будет знать, что я работаю на Поликарпа!

— Ты работаешь на меня!

— Конечно-конечно, моя дорогая! Только с недавних пор я не вижу разницы!

— Главное, что ее вижу я, — парировала Света.

— Это хорошо! Так вот, нет ничего странного, что меня заинтересовал этот самый Гольдмах. В первую очередь я отмечаю знакомые мне фамилии. К тому же болван Беспалый совсем упустил погибшего флейтиста!

— Какие еще знакомые фамилии ты отметил?

— Пожалуй, одну. Игорь Тимофеев.

— Мне это ни о чем не говорит, — пожала плечами Светлана.

— Он работал в одном из магазинов Мишкольца.