— Ща вызову пэпсов, — проговорил Некрасов, убирая руку в карман, — повяжем этих двух деятелей…

— Погоди, — я приподнял руку. — Видишь, у меня клюёт, вспугнёшь, — я показал на поплавок. — Давай-ка лучше подумаем, кто это такие, чего они там сидят… и как их использовать. Чего их впустую тратить?

— И чё предлагаешь? — Некрасов замер.

— Сначала выясним, за кем они следят.

Глава 16

— Да и чё тут придумаешь с этими козлами? — возмущался Некрасов, а потом посмотрел на воду. — Э, подсекай давай, сорвётся сейчас!

— Не говори под руку, — спокойно сказал я. — Поймаем.

И рыбу поймаем, и про тех двоих всё узнаем и вычислим. Ну а рыба села на крючок плотно и тянула с такой силой, будто это не речной карась, а проплывавший мимо водолаз. Но нет, это рыбёха, сомик, который захотел халявы и попался. Не он первый, не он последний.

Ничего такой, здоровый усач, ещё сильный и вёрткий. Скормлю его кошке, которая всё приходит ко мне на балкон пожрать. Вытащил рыбу из воды, показывая всем улов. Тут даже Ярик подошёл, хоть он и остерегался ментов, но не выдержал и решил глянуть поближе.

— Ого, ты вытянул, братан!

Раз уж дождь расходился, он напялил на себя жёлтый импортный дождевик. Понтовый, такие стоят дорого. Пригодится, кстати.

— Будь наготове, — шепнул ему я. — За нами слежка, на тот берег не смотри. Смотри, что сделать надо…

Вкратце накидал ему, что хотел, он кивнул.

Мы с ним сняли рыбу с крючка, и я засунул сома в бидон, но он большой, хвост торчал наружу. На шум пришёл бело-рыжеватый кот, скорее всего, полудикий, и начал хрипло мяукать, требуя долю с нашего улова, как заправский бандит.

Некрасов его обматерил, наверное, на инстинкте, настолько ненавидел таких личностей, но бросил ему своего пойманного карасика.

А «рыбаки» на том берегу так и сидели в тех же позах. Так чего им надо? Сидят они, конечно, в неприметном месте, но всё равно видят нас.

Ярик, как я и просил, сел на моё место, а я стоял, разминал ноги. Кот жрал некрасовского карася с почти звериным рычанием, а те два мужика так и сидели. Расстояние большое, дождь идёт, наши разговор не услышат.

— И чего они там сидят? — тихо спросил я.

— Жучок? — предположил Некрасов. — А они там палят сидят, что мы делаем.

— Нет, — я помотал головой. — Технически возможно, но они бы уже свалили, когда бы я про них сказал. Да и знаешь, сюда бы пришлось микроавтобус пригонять, с аппаратурой, чтобы всё работало. Хотя, может, где-то на том берегу и стоит.

Да, технологии ещё не особо продвинутые, всё большое и на проводах, а радиожучкам нужна батарейка размером с крону и приёмная станция поблизости. Маленькие жучки не умеют передавать сигнал далеко. Но они бы не сидели так спокойно, если бы слышали нас. Значит, дело в чём-то другом.

— Съёмка? — продолжил рассуждать я, передав удочку брату.

— Мы бы камеру видели, — спокойно сказал Шабуров. — Разве что скрытой.

— У скрытой изображение сильно дрожит, — с видом знатока сказал Некрасов. — А на такой дистанции нихрена видно не будет. Обычная это слежка, распорядок дня составляют. Палят, с кем объект встречается, где жрёт, где спит, где срёт. Всё как обычно.

— И за кем слежка? — спросил я, а громче добавил, для вида: — Потому что ты ловить не умеешь нихрена, вот и котелок пустой.

— За тобой, конечно, — ответил Некрасов и подыграл: — Да я рыбачил, когда ты ещё не родился!

— Нет, не за мной, — я помотал головой.