Поэтому и хочу поучаствовать, о возможной угрозе лучше знать заранее, чтобы встретить её лицом к лицу. А ещё лучше — чтобы эта проблема стала не моей, а какого-нибудь вредного бандита, чтобы он сам с ней разбирался. Тогда нам не придётся за ним гоняться потом.

А пока же надо выяснить обо всём этом побольше.

Телефон заиграл, я ответил, но что говорил Ярик, почти не слышал. Наконец, его голос всё же донёсся до меня:

— Зелёная восьмёрка! Два-два-девять!

Три цифры нового формата номеров. Он сказал что-то ещё, наверное, код региона, но я уже не разобрал. Впрочем, этого хватит. Я тут же набрал Некрасова.

— Зелёная восьмёрка, двести двадцать девять. Передашь, чтобы их тормознули?

— Куда я денусь, — он устало вздохнул…

Ярик вскоре вернулся на наш берег и уже вскрывал тушёнку советским консервным ножом, а Шабуров мирно рыбачил, потому что деться ему отсюда было некуда.

— Надо было саблю у дяди Юры взять, — Ярик махнул рукой несколько раз. — Смотри какие кусты. Помнишь, тогда взяли её и крапиву рубили?

— Мне её за ящик водки предлагали продать, — задумчиво сказал дядя Юра, наблюдая за поплавком.

— Не вздумай, — предупредил я. — Интернет появится, за хорошие деньги продашь. Да и пусть дома висит, память же.

— А чё, в интернете этом чё-то продавать можно? — Ярик тут же навострил уши.

— Всё можно.

Судя по его виду, он уже наверняка обдумывает какую-то хитрую схему, брат у меня вообще, я смотрю, любит всякое придумывать и предлагать.

Некрасов мне позвонил через десять минут.

— На работу я короче, уехал, — глухим голосом сказал он. — Там и останусь.

— Что с рыбаками?

— С автомата набери потом. Через часик. Цифры записывай.

— Диктуй.

Не хочет говорить по мобиле? Значит, что-то серьёзное.

Через час мы ехали в город, захватив Шабурова. Бекетовск уже просыпался, но машин не очень много — сегодня воскресенье.

У ближайшего таксофона в городе я остановился и набрал нужный номер.

— Гайцы их тормознули, — сказал Некрасов. Голос усталый. — Какие-то парни там сидели твоего возраста. Гаишники документы у них проверили, а потом взяли под козырёк и пропустили.

— Ксивы показали? — догадался я. — Чьи?

— Смежников-соседей, — ответил он через пару секунд.

Смежники — это ФСБшники, некоторые менты так их называли. Скажу тут только одно — ёпрст. Им-то что нужно?

— Не поддельные документы? — уточнил я.

— А откуда я знаю? Гайцы говорят — настоящие, но я с ними не напрямую базарил. Но передали, что наглые перцы там сидели.

Ну попал он, и я с ним заодно, потому что они могут заинтересоваться, кто я такой и какие дела с ним веду, ну и что-то могут накопать. Хотел ему сказать: «держи себя как обычно», но за матёрым ментом кто только не следил, и ничего, ещё держится без лишних советов. Сам знает, что делать в таких случаях.

Но я всё равно докопаюсь, что происходит.

— Ладно, считай, что подписал со мной контракт на это дело, — я усмехнулся. — С нашей конторой, на частное детективное расследование. Потом расплатишься.

— Ты там, Коршунов, не много ли… — начал было возмущаться он.

— Да не ворчи, поговорю с кем надо. И подумаем с ним вместе.

— И чё, думаешь, он не в курсе? — Некрасов явно понял, про кого я.

— Вряд ли. Не его методы.

Полковник Иванов может и не знать об этом, ФСБ — не монолитная структура, особенно в эти дни, там этих управлений и отделов целая гора, и не всегда известно то, чем занимаются соседи, а порой они вообще соперничают друг с другом.