Директор, будто только что заметил, окинул взглядом мою разбитую губу и порванные на коленях штаны.

— От чего же он пострадал? Драчунов следует держать в карцере, а не в лечебнице, и вы знаете об этом не хуже меня.

— Лей ни с кем не дрался. На него напали борцы, пытались окунуть в кипящий бассейн.

— Кто вам это сказал? Он?

— Это сказали мои глаза. Я случайно проходила мимо производственных корпусов и увидела, как трое борцов тащат этого парня к бассейну. Я позвала учителя Вейжа. Он может подтвердить мои слова — если для вас они имеют недостаточный вес.

— С каких пор в школе Цюань обычные ссадины — повод для того, чтобы отправиться в лечебницу?

Яню прищурилась.

— А с каких пор, господин директор, в школе принято разбрасываться собственностью клана Чжоу, будто своей? У Лея нога едва успела срастись — а вы трое суток продержали его в процедурке, откуда тут же бросили в карцер. С каких пор у нас принято изнурять работников голодом?

— Его пытались кормить, — не моргнув глазом, солгал директор. — Он отказывался.

— Ах, отказывался? Интересно, почему? Может, потому, что вы слишком настойчиво предлагали?

— Госпожа Яню, вы забываетесь!

— О, нет! Я, в отличие от вас, прекрасно помню, что ученики оказываются здесь с единственной целью — приносить пользу клану. И много пользы этот парень, по-вашему, принесёт в таком состоянии? Невооружённым взглядом видно, что он крайне истощён. Ему нужны покой и питание, а не лопата в руках и сумасшедшие выродки вокруг. Если бы я случайно не оказалась рядом и не позвала учителя Вейжа, Лей, скорее всего, уже бы умер. Сколько он находится здесь? Месяц? Два? А ведь вам не хуже меня известно, что ученики отрабатывают свою цену и начинают приносит прибыль в лучшем случае через полгода! Если Лея не забрать сейчас в лечебницу, скоро вы сами позовёте доктора Янлина — чтобы зарегистрировать очередную смерть. А показатели у вас и так не на высоте — верно, господин директор?.. И не надо на меня так смотреть! Не делайте вид, будто впервые слышите о том, что отчёты о состоянии вверенной вам собственности клана идут из медицинского кабинета.

Директор этого то ли действительно не знал, то ли до сих пор не воспринимал всерьёз, упиваясь своей властью. Он несколько раз открыл и закрыл рот.

— Я помогала доктору Янлину составлять отчёты о том, что происходило в процедурке, — забила последний гвоздь в крышку гроба Яню. — Моё мнение — вы однозначно переусердствовали. И за то, что о вашем усердии до сих неизвестно клану, вы должны благодарить выносливость этого парня. Доктор Янлин и я молчим — но лишь до тех пор, пока ученики живы и здоровы. Если же собственность клана понесёт урон — будьте уверены, молчать не станем.

Директор выглядел так пришибленно, что мне захотелось заржать ему в лицо. Еле сдержался.

Собственность?.. Что ж, пусть. Но не твоя, гадина.

— Вы позволите нам пройти? — как ни в чём не бывало вернувшись к любезному тону, спросила Яню.

Директор молча отступил в сторону. А я всё-таки не выдержал.

— Не скучайте, господин директор. Уверен, что это не последняя наша встреча.

Директор проводил меня и Яню ненавидящим взглядом.

Когда мы поднимались по крыльцу лечебницы, я заметил метнувшуюся на галерее тень. Показалось, что увидел, как в тёмных волосах сверкнула серебряная заколка.

Яню посмотрела туда же, куда и я. Улыбнулась.

— Хорошая у тебя подружка.

— Это Ниу тебя позвала? — догадался я.

Яню покачала головой:

— Не меня.