Девушки быстро разложили лакомства и фрукты по тарелкам. Пиво Куан налил в три стакана — мне, себе и Тао. Девчонкам, как я и ожидал, не предложил.

После этого все замерли над своими тарелками. Выжидающе смотрели на Куана. Я, потянувшись было за стаканом, убрал руку и тоже уставился на него.

Куан с хитрецой улыбнулся. Добродушно спросил:

— Не терпится?

Девчонки вразнобой загалдели.

— Ладно, — махнул рукой Куан. — Такую речь, как господин директор школы, я всё равно не сочиню, так что давайте уж без речей. Можно.

И будто из стартового пистолета выстрелил.

Девчонки повскакивали с мест. Теперь я разглядел, что каждая прячет под фартуком небольшой сверток, или коробочку, или просто красивую ленточку — и всем этим добром они бросились обмениваться, поздравляя друг друга с праздником.

Мейлин поклонилась Куану и повязала ему на запястье красный шёлковый шнурок с какой-то висюлькой.

— Не подлизывайся! — погрозил пальцем Куан. Но улыбался при этом добродушно. Было видно, что ему приятно.

Суетились все, кроме меня и Тао. Он, похоже, всё ещё чувствовал себя не в своей тарелке, а я в этой суете немного потерялся. И не сразу сообразил, что Ниу никому ничего не дарит. Просто сидит за столом, краснеет — как будто пытается что-то сказать, — но не решается, и даже глаз не поднимает.

Я понятия не имел, умел ли в прошлой жизни в таком возрасте ухаживать за девушками. Женщины в моей жизни были, в этом почему-то не сомневался — как и в том, что то были взрослые женщины. А вот как обстоят дела с этим обрядом у подростков, представлял весьма смутно. Запоздало подумал, что, возможно, вообще никак. Н-да, поздновато спохватился… Да и чёрт с ним. Зря, что ли, подарок заказывал? Была не была.

Я вытащил из-под ифу заветную шкатулку. Протянул, наклонившись через стол:

— Это тебе, Ниу. С праздником.

Ниу ахнула и прижала руки к груди. Когда протянула их за шкатулкой — церемонно, обе руки, как положено в знак уважения к дарителю, — пальцы дрожали.

— Открывай, — загалдели притихшие были, когда я заговорил, девушки, — открывай скорее!

Ниу открыла. На черном бархате шкатулки лежала серебряная заколка в виде бабочки.

Ниу тронула замочек. Бабочка как будто взмахнула крыльями.

— Какая красивая! — запищали девчонки.

— Надевай, Ниу!

— Надевай скорее!

— Наконец-то твоя дурацкая чёлка не будет лезть тебе в глаза!

Вот об этом я, честно говоря, вообще не думал. Заказывая подарок, ограничился словами «красивая заколка». В расчёте на то, что контрабандисты на этой работе — не первый день, и лучше меня разбираются в товарах, которые возят. Судя по всему, угадал. Ниу сияла от удовольствия, девчонки восторженно ахали, и даже ехидная Шан в кои веки обошлась без комментариев.

— Ну всё, всё, сороки, — подождав, пока восторги стихнут, деланно строго прикрикнул Куан. — Этак с вами до утра ни поесть, ни выпить! Садитесь уже, хватит галдеть.

Девушки принялись рассаживаться. А Ниу, наоборот, вдруг поднялась. Дрогнувшим голосом проговорила:

— Я… У меня тоже есть подарок.