– Да, помню. И не слишком успешно.

– Повторюсь, зенитных орудий и средств обнаружения там много наставлено. Несколько звеньев истребителей-торпедоносцев входят в состав сил ПВО базы. Но основная корабельная группировка у японцев располагается ближе к линии фронта. Здесь, здесь и здесь, – докладчик указал на три точки. – По сведениям, которые еще надо перепроверить, там может еще базироваться один из фрегатов, если точнее, то «Тэнрю» капитана первого ранга Тадао Катоэто – флагман четвертой авиадивизии контр-адмирала Какудзи Какута, она входит в состав Первого ударного флота. Главный калибр – шесть универсальных 12,7-сантиметровых орудий в трех башнях. Противокорабельная оборона: четыре трехствольных 25-миллиметровых автомата и четыре двуствольных 13-миллиметровых тяжелых пулемета. Доклад окончил.

– Благодарю, Николай Павлович, хорошая, обстоятельная работа. Итак, господа, по прямой до цели порядка семисот верст. Вполне досягаемо. Если идти сначала над равниной провинции Хунань, дальше горы провинций Хубэй и Цзянси – хребты Муфушань и Цзюлиншань, где мы без труда спрячемся и сможем подойти незаметно. От ближних предгорий до берега озера Поянху пара десятков верст – один короткий бросок.

– Нас засекут, отрежут от фронта и задавят, – возразил Зимину капитан «Енисея» Сергей Демьянов. Марту этот рейдер был хорошо памятен по событиям прошлого лета, когда его корабль пришел им на выручку в самый острый момент тяжелейшего боя с отрядом Асано на вершине горы. – Они наверняка нас ждут. Предполагают такой сценарий и нарастят силы на базе, а может, и скрытно разместят еще резервы поблизости.

Зимин тоже, очевидно, помнил о тех событиях, относился к Демьяну с уважением, потому выслушал внимательно, ничем не выказав кипящего внутри раздражения.

– Значит, надо отвлечь врага, – подал голос подскочивший к карте Быков. – Вот здесь и здесь провести демонстрацию. Пока две группы свяжут узкоглазых боем, основная ударит по базе. Все просто. Подавить зенитки, ударить по казармам, высадить десант на ботах, забрать ребят, и ходу.

– Вечно у тебя все просто, – поморщился капитан «Енисея». – Как бы быстро мы ни действовали, времени у япов будет достаточно, чтобы перерезать пленников. Труса враг не празднует, даже наоборот, всегда идет в ближний бой и не боится абордажей.

– Так, может, это ты трусишь, Демьян?

– Полегче, Телок! – угрожающе процедил Демьянов, глядя в глаза оппоненту. – Не то споткнешься ненароком на вираже…

– Как ты меня назвал, сволочь?! – изумленно воскликнул Быков, судорожно шаря по поясу в поисках кобуры.

– Прекратить балаган!

– Да я его… – выудил наконец свой парабеллум незадачливый рейдер и только тут заметил в руках своего противника кольт.

– Я сказал, отставить свару! – встал между ними Зимин. – И помните, любой, кто поднимет руку на своего товарища, пойдет под трибунал!

– Верно, – поддержал адмирала Пантелеев, а за ним и остальные приватиры. – Нам завтра в бой идти, так что нечего собачиться! Спрячьте свои пукалки, а то до суда не доживете!

– Может, кто-нибудь хочет высказаться? – невозмутимо предложил начштаба, когда страсти немного улеглись.

– А чего тут рассусоливать, – сплюнул Демьян. – Шансов подойти незамеченными, считай, что нет. И ты, Зима, это лучше всех понимаешь. Японцы не дурнее нас, наверняка все просчитали и приготовились.