С остальными справимся, в крайнем случае зачерпну Силы у «Птицы» и придавлю всех, чтобы и не пикнули. Да, это может быть даже интересно. Еще бы фрегат захватить, вот был бы праздник… и отличная оплеуха Полякову и всей партии «умиротворителей» в Сенате.

От этих мыслей его отвлекло только новое появление рейдеров. Впереди шли Демьянов с Быковым, очевидно, выбранные делегатами. Остальные держались поодаль, не вступая в разговор. Был ли с ними Муранов, Март не разглядел, а пользоваться «сферой» не стал, чтобы не провоцировать скандал.

– Зима, мы решили! – на сей раз не стал его титуловать Демьян, как бы подчеркивая, что все-таки считает его своим. – Один раз уступишь и амба, враг будет знать, что русского рейдера можно на слабо взять. Пойдем на выручку. Командуй! Или все спасемся, или погибнем.

– Все? – обвел присутствующих испытующим взглядом адмирал.

– Не бойся. Реверс никто не врубит. Валерка – один из нас, и мы были бы последними гадами, если бы не попытались его выручить.

– Хорошо, – кивнул Зимин. – У нас тут кое-какие наработки появились…

«Не надо им знать, – послал ему сигнал Март. – По крайней мере, до начала дела».

«Хорошо», – так же ответил ему опекун и принялся нарезать своим подчиненным задачи.

Дождавшись, пока все покинут кабинет, Март подошел к Зимину. Внутренне он был совершенно уверен в себе. Вместо опасений в душе разгорался веселый азарт. В голове ясность и жесткий боевой настрой: «Всех убью, один останусь!»

– Владимир Васильевич, а можно задать вам один вопрос?

– Валяй!

– Почему вы мне не сказали, что Васенька и Захар в экипаже «Буреи»?

– И что бы это изменило?

– Многое!

Зимин помолчал, потом счел нужным пояснить.

– Чкалов – настоящий воин и отличный командир. Кремень и летчик, каких мало. Самородок. К нему много кто с «Бурана» перешел после моего ухода. Но они все взрослые люди. Воины. И знали, на что подписывались. Я тебе уже говорил и еще раз повторю. Это не твое дело.

– Ошибаетесь. Теперь мое. Шанс что-то сделать есть только у меня и «Ночной птицы». Остальные все равно не пробьются и не пройдут.

– Это может быть ловушка.

– Допускаю. Но без меня вы точно не справитесь!

– Тогда я тоже спрошу. Почему не нужно говорить о твоем участии остальным?

– Исключительно в целях конспирации, Владимир Васильевич. Чем меньше людей в курсе, тем меньше вероятность утечки информации.

– Интересный ты парень, – покачал головой адмирал. – Не доверяешь капитанам, но готов ради одного из них рискнуть головой!

– Я рисковый человек, но не безумец… Береженого Бог бережет, а всех прочих конвой стережет… Для всех мы официально улетим в Россию. А сами сделаем разворот и пойдем на восток. Потом под воду и прямо к базе. Дальше проникну в здание тюрьмы, уберу охрану, подтяну бойцов и дам вам сигнал к атаке. Потом все понятно. Как только вы плотно отработаете японцев, мы выведем команду «Буреи» к «Ночной птице» и улетим. Или вы направите к нам бот. Это уже вторично.

– Не спорю, логика в твоих словах есть. Но ты же понимаешь, что я не могу так рисковать ни тобой, ни кораблем, ни тем более цесаревичем.

– Прошу прощения, но я уже взрослый. Так что решение о своей жизни и собственности буду принимать самостоятельно.