— Досадно, — погрустнел Лихачев, но тут же опомнился и воскликнул. — Как прикажете!

— Дать сигнал на срочное построение всему резерву. Гренадерам и линейцам с батареей выдвигаться по дороге к Транвику. Они поступают в распоряжение генерала Вендта. Сроку им добраться даю сорок минут, и пусть поспешат! А твоим молодцам будет другая задача!

— Будет исполнено! — поняв, что томительное ожидание закончилось и впереди дело, Лихачев заметно приободрился и даже повеселел.

— Это еще не все. Пошлите одного нарочного к полковнику Мясоедову. Пусть снимается со своим батальоном и спешным маршем идет сюда! Другого в крепость. Пусть пришлют в Финби хоть две роты из 10-линейного.

— Слушаюсь!

— И кого-нибудь половчее к Грунту и Котену. Пусть глаза разуют. Перед ними всего несколько сотен моряков, а они сиськи мнут, сукины дети!

Впрочем, скоро выяснилось, что мои претензии к обоим офицерам не совсем основательны. Отступивший к деревне Тосарби Грунт вскоре заметил, что его никто не преследует и остановился. Посланные назад разведчики доложили о разделении вражеского отряда. Правда, оставленный у шлюпок заслон, по меньшей мере, не уступал в численности его батальону, но ведь и не превосходил!

Кроме того, сердце майора продолжала жечь необходимость оставления пушек. Нет, умом он понимал, что сделал все правильно и вряд ли его кто-нибудь, включая великого князя, решится упрекнуть в этом. Тем не менее, захват противником вверенных ему орудий вряд ли украсит формуляр! Зато если отбить их обратно или даже захватить парочку вражеских из числа имевшихся на шлюпках, результат будет совсем иной. Правда, собственных сил на подобное предприятие могло и не хватить. Так что волей-неволей пришлось просить помощи у Котена.

Узнав о затруднениях соседа, полковник не стал чиниться, а сразу же пришел на подмогу к товарищу с большей частью своего батальона, ротой финских гренадеров и единственным имевшимся у него 6-фунтовым орудием. Еще две роты (стрелковая и гренадерская) остались у замка для того, чтобы парировать возможный удар генерала Гризи.

Говорят, что первый лейтенант Уорвик был неплохим моряком. Может и так, но в сухопутной войне он не понимал ничего. Поэтому, когда Дженес и его люди ушли на соединение с войсками генерал Хюга, ему даже в голову не пришло как-то укрепиться. Ограничившись выставлением часовых, он принялся ждать дальнейших распоряжений от начальства, которое не заставило себя ждать.

Командовавший сухопутной операцией генерал Барагэ д´Илье вскорости уведомил его, что лейтенанту следует быть готовым принять снятые с кораблей пушки, а также при появлении на противоположном берегу узкого залива Хогсбольтавикен солдат 48 полка генерала Гризи обеспечить их переправу. Здраво рассудив, что прямо сейчас ничего делать не надо, бравый лейтенант оставался праздным, не подозревая, что за ним уже давно наблюдают внимательные глаза местных добровольцев и казаков.

— Ну что? — поинтересовался у вернувшихся разведчиков принявший командование, как старший в чине, полковник Котен.

— Сидят как куры на насестах, ваше высокоблагородие, — ухмыльнулся урядник Расторгуев. — Хоть хватай их за гузно, да в оборот!

— Так! — подтвердил его слова ополченец. — Они совсем не ожидают нападения!

— А много ли караульных?

— Четыре парных поста.

— Сможете их незаметно снять?

— Отчего ж нет?

— Действуйте!

Ухмыльнувшись в роскошные усы, казак лихо козырнул и как будто растворился в ближайших кустах. Командовавший местными ополченцами охотник последовал за ним.

Мартин Бойд — помощник констапеля с парусного корабля «Принц-Регент» с удобством устроился в кустах, время от времени поглядывая в сторону берега, откуда запросто мог появиться уорент-офицер Майлз с проверкой.