— Откуда мне знать? Теперь уже никто не вытворяет таких вещей. Если бы ты выбрал кого-нибудь другого, а не лорда Фаэла, то, скорее всего, он и не разобрал бы, о чем ты там бормочешь. Я бы, например, не смог.

Рэп неодобрительно фыркнул. Когда молчание стало тягостным, он спросил:

— А ты-то кто? Как тебя занесло в эту заваруху?

— Я был ближайшим братом-свидетелем, то есть ближайшим к месту происшествия родственником мужского пола, когда ты бросил Вызов.

— А сколько тебе лет?

— Пятнадцать. Я ученик официанта. В это время я вытирал тарелки за соседним столиком. Он готов был заплакать.

— А что должен делать ближайший брат-свидетель?

— Неужели ты не знаешь? Ты произнес Высочайший Вызов и не знаешь, как он работает?

Рэп мысленно выругался в адрес Ишиста и его юмора.

— Нет. Расскажи мне. Губы Куиприана задрожали.

— Ты что, на самом деле меня спрашиваешь? Я только знаю, о чем болтали наверху. Я должен сопровождать тебя. Я должен идти с тобой в Вальдориан, если тебе придется туда идти.

Внутри у Рэпа все сжалось.

— Ты хочешь сказать, что сомневаешься в этом?

— Сомневаюсь? — взвизгнул эльф. — У самого ликтора перелом руки! В зале — полный разгром, полнейший разгром! Еще никто не умер, но ранены восемь легионеров и две или три сотни горожан. У бедного мастера Арткуиса удар. Это ужасно, просто ужасно. И все это станет известно там, наверху. Это будет стоить миллионы!

Гатмор радостно вздохнул.

Рэп внимательно проглядел здание насквозь и обнаружил, что на третьем этаже идет собрание. Слов он не слышал, но видел, как десяток или около того человек размахивают руками.

— Признаюсь, драка не входила в мои планы, — грустно сказал Рэп. — Мне было велено — то есть я собирался — найти важного эльфа в окружении других эльфов-свидетелей. Я не подумал, что свидетели-импы могут не понять, что происходит. Мне надо было, конечно, выбрать такое время, когда там были только эльфы. Я действительно очень сожалею, потому что ни один эльф, разумеется, не стал бы портить такую торжественную церемонию, пытаясь ударить меня бутылкой по голове.

Попытка была весьма неуклюжей, и Рэп легко увернулся, но…

— Видите ли, мои друзья подумали, что я в опасности. Гатмор и Дарад, как две лавины, бросились ему на помощь.

Куиприан шмыгнул носом.

— Там был сам ликтор. Ему тоже попало. И жене его досталось, и половина его гостей до сих пор в больнице.

Тут Рэп начал понимать размеры и важность произошедшего.

— Он не признает древних эльфийских обычаев?

— Они не считаются законом в пределах Империи.

— Вот как? Ясно.

— Он сказал, что он, чтобы не терять времени, сократит обычную процедуру и просто представит приговор, потому что в твоей виновности нет никаких сомнений.

— А после? Мальчик простонал:

— Тебя казнят в полдень на площади Эмшандар. Приглашения рассылаются.

Рэпу вспомнилась Калкорова плетка-девятихвостка, и к горлу подступил комок.

— А мой товарищ?

— Сначала его, затем тебя.

— Тогда о чем нам с тобой разговаривать?

— Лорд Фаэлнилс сказал, что задета честь его клана. Он просто в восторге. Он сказал, что никто в течение последних трех сотен лет не провозглашал во всеуслышание Высочайший Вызов. Ему хочется пройти весь ритуал от качала до конца.

«У эльфов все непросто», — вспомнил Рэп.

— Это что-нибудь меняет? — с надеждой спросил он. Несколько секунд ушло на то, что юнец заламывал руки и корчил горестные рожи.