— Если они смогут собрать необходимую сумму. В эту минуту он выглядел еще несчастнее. Что это за возраст у эльфов — пятнадцать лет?

— По-моему, — сказал Рэп, — тебе предоставляется счастливая возможность отправиться в Илрейн. Лучше, чем чистить грязные тарелки, правда?

Куиприан вздрогнул.

— На корабле?

— Разве плохо? Ну же, веселее! Ведь меня могут казнить, и тогда ты сможешь в свое удовольствие заниматься тарелками.

— Не издевайся! — воскликнул эльф, сверкнув искорками глаз. — Я не о том спрашивал.

— Да? Извини. — Рэп говорил правду. — Я думал, что это подбодрит тебя. Ликтор примет взятку?

— Откуда я знаю? Я ничего не… Но тогда будет заплачено за весь этот разгром и скандал. Многим важным людям эта идея придется по душе.

В Мильфлере Рэп обошелся Гатмору в сорок шесть империалов. На этот раз он обойдется значительно дороже.

— А кто будет за все платить?

— Естественно, Литриан. Ты ведь «преклонил колени в тени Литриана».

Хорошо. Чародей может по желанию сотворить золото из воздуха. Если захочет.

— Значит, меня отведут на суд Литриана?

Эльф кивнул с той же удивленной печалью на лице.

— И что потом?

— А потом он будет судить, конечно. Если он решит, что ты не по праву плюнул на Нилсов, тогда он пошлет твою голову Вальдонилсу.

— В самом деле?

— Как и положено, в золотом ведерке.

— А если нет? А если решит, что я был прав?

Куиприан нервно хихикнул.

— Тогда ты начал войну.

6

То ли отложили назначенную на полдень казнь, то ли передумали в последнюю минуту, но споры в ликторской приемной вокруг проделки эльфа тянулись до конца дня. Рэп наблюдал, как к ликтору приходили и приходили люди, но о чем там говорилось конкретно, имел представление только Куиприан.

Молодой эльф оказался лишним в этой игре. По древним обычаям ему отводилась как ближайшему брату-свидетелю главная роль, но чиновная верхушка Империи предпочитала обсуждать финансовую сторону проблемы в отсутствие помощника официанта. Поэтому они отослали его навестить Рэпа.

Даже короткого пребывания в камере было достаточно, чтобы Куиприана начало мутить; он был близок к обмороку. Поэтому Рэп решил, что лучше мальчишке поскорей выбраться из камеры, и отправил его снова в приемную к ликтору. Примерно через час кто-то заметил эльфа в приемной и его снова оттуда спровадили. Куиприан заставил себя еще раз спуститься в подземелье, чтобы доложить Рэпу последние новости, потому что он, как истинный эльф, к своим обязанностям относился добросовестно.

Он рассказал все, что мог, но каким бы чувствительным и доброжелательным ни был юный Куиприан, у него не хватало ни смекалки, ни образования, чтобы понять, что там говорилось. Он сказал, что, объединившись вокруг лорда Фаэла, в историю теперь вмешалось все эльфийское население Нума. Если уважаемый Рэприан почтет за честь заплатить за оскорбление, ему окажут любую поддержку. Эльфов очень привлекают древние, таинственные обряды.

А импы разделились на две группы. В первую входили те, кто предпочитал получить денежную компенсацию, а вторые настаивали на торжестве законов, имея в виду, что двух нарушителей нужно как можно скорее публично четвертовать. Рэп начал подозревать, что суть споров вовсе не в этом и что просто эльфы попали между молотом и наковальней и каждая из сторон преследует какие-то свои тайные цели. Когда день подошел к концу, Куиприан называл уже такие заоблачные суммы, которые даже Гатмор с трудом себе представлял.