– Но я не могу без ингалятора, – выдохнул он, – приступ может начаться в любую минуту.

– Ничего страшного – я буду рядом.

Комиссар сунул все отобранное у старика в карманы собственных брюк и, держа обоих мужчин под прицелом, отошел к тому месту, где лежал «скорпио». Подняв автомат, поднес его к носу и понюхал дуло. Запах жженного пороха резанул ему нос – Гольди понял, что недавно из этого оружия стреляли.

В этот момент мужчина в зеленом повернул голову и сделал попытку заговорить снова:

– Послушайте, вы должны нас выслушать – вы же полицейский. Мы вам кое‑что объясним – это чрезвычайно важно…

– Единственное, что интересует меня сейчас, – это что вы делали с автоматом возле монастыря, где вы его взяли и в кого стреляли. И вы мне это объясните, но не здесь.

– Послушайте, сейчас очень важно не терять время. Мы не можем…

– Прекрасно! Я тоже спешу – значит, наши желания совпадают. – Держа автомат в левой руке, Гольди приблизился к «ланче» и, обойдя ее справа, приказал: – Садитесь в машину. Прокатимся.

Старик и мужчина обеспокоенно переглянулись.

– Что вы хотите сделать? – спросил мужчина. Гольди медленно выдохнул и отчетливо произнес:

– Послушай, приятель… Тебе повезло, что я не застрелил тебя минуту назад, когда ты был с автоматом. У меня было огромное желание сделать это. Но если ты хочешь, я могу исправить ошибку. Нет? Тогда садись в машину и живей!

Старик подтолкнул своего спутника в спину, и тот нехотя двинулся в обход машины.

Когда все трое остановились возле левой задней двери, Гольди обратился к сидящей в машине Джей Адамс:

– Джей, нажмите вон ту черную кнопку за рулем.

Женщина быстро выполнила просьбу комиссара – через секунду щелкнул замок, открывающий заднюю дверь.

– Лезьте внутрь, – приказал Гольди.

Держась за плечо, старик первым полез в машину. Мужчина в зеленом помог ему устроиться на сиденье, затем сел сам. Широкое заднее сиденье «ланчи», рассчитанное на трех взрослых людей, свободно приняло двух новых пассажиров… Когда старик и мужчина оказались внутри, Гольди захлопнул дверь, услышал, как щелкнул замок, и перевел дух.

С момента как он выскочил из автомобиля, не прошло и минуты. За это время по шоссе не проехало ни одной машины. Сунув пистолет в карман брюк, Гольди посмотрел вдоль дороги: с того места, где стоял он, шоссе просматривалось метров на восемьсот – дальше оно делало плавный поворот и исчезало из виду, – но на этом отрезке не было ни единого автомобиля. «Где же медики и пожарные?» – с раздражением подумал он, обернулся и посмотрел на две полицейские машины, перегораживающие шоссе. Отсюда они казались крохотными – со спичечный коробок величиной. Люди, сидевшие в этих машинах, конечно же, видели, как его «ланча» резко остановилась, но вряд ли поняли, что произошло дальше…

«Ладно, – решил комиссар, – хорошо то, что хорошо кончается».

Открыв водительскую дверь, он сел за руль «ланчи». Джей бросила на него вопросительный взгляд и быстро проговорила:

– Пока вы были на улице, сработала эта штука, – она показала на встроенную в приборную панель рацию.

Гольди.вспомнил, что, когда обыскивал старика, вроде бы слышал писк рации, но не обратил на него внимания.

– Загоралась красная лампочка?

– Нет, голубая.

Гольди кивнул. Голубая означает вызов из машины, красная – из диспетчерской комиссариата. Возможно, с ним пытался связаться Плацци, а может быть, один из инспекторов отдела. Комиссар решил, что, если тот, кто его вызывал, захочет переговорить с ним, он попытается вызвать его еще раз, и захлопнул дверь.