— Неважно. Это не моя квартира, съёмная. Что я потом хозяйке скажу?

— Так ты у кого, у Маринки снимаешь, что ли? — Мужик ткнул пальцем в пол.

«Да, с мозгами у мужика туго», — усмехнулся про себя Лобстер и ответил:

— У Марины Леонидовны. Будете за ремонт платить, если что!

— Ладно, скажешь, дядя Паша виноват. Ты заходи — поговорим, — кивнул мужик и направился в глубь квартиры, задевая плечами о косяки.

Лобстер помялся у двери: заходить, не заходить? Гнев неожиданно прошёл. Поднимаясь по лестнице, он был готов убить чёртовых соседей, но простоватый вид дяди Паши остудил его пыл. Как говорится, что с дурака взять? Решил зайти, посмотреть масштабы затопления.

Вода с пола уже была убрана, около распахнутой двери ванной стояло эмалированное ведро, рядом валялась мокрая тряпка. Хозяин квартиры суетился на кухне. Стол был заставлен пластиковыми коробками с салатами из кулинарии, пакетами с соком, на тарелке лежали копчёные свиные рёбра, возвышалась полупустая бутылка дорогой водки. Взгляд Лобстера упал под стол: там стояла целая батарея из пустых бутылок. Судя по всему, «гулял» хозяин не первый день.

— Так что всё-таки случилось? — спросил Лобстер.

— Извини, парень. Холодильник, вишь, не работает. Не отключается, не морозит. Хотел пивко в ванне охладить, заснул маленько, а оно и перелилось через край.

«Странно! Почему же закапало не на кухне или в ванной, а в комнате, точно над компьютерами?» — удивился Лобстер.

— Вишь, тут гидроизоляция хорошая, на кухне линолеум, вот и добежало до паркету, — словно прочитал его мысли сосед.

«Добежало до паркету! Деревня!» — про себя передразнил его Лобстер, заглядывая в ванну. На дне ванны действительно стояло бутылок двадцать хорошего пива. Того самого, которое Лобстер предпочитал всем остальным. «Не бедный сосед, однако, — подумал Лобстер. — А с виду на бомжару похож».

Тем временем дядя Паша выставил на стол вторую рюмку и чистую тарелку.

— Проходи, садись, не стесняйся, — пригласил он. Лобстер чуть не наступил на чёрного котёнка, который крутился под ногами. Котёнок мяукнул.

— Иди отсюда, а то пришибём по пьянке! — Дядя Паша взял котёнка на руки и отнёс в комнату. — Мне его на «Птичке» тётка за рубль отдала, Триллером зовут, — объяснил он, вернувшись на кухню. — Ну что, за знакомство по чуть-чуть? — Сосед взялся за ополовиненную бутылку, но Лобстер отрицательно мотнул головой.

— Я водку не пью.

— Болеешь, что ли?

— Почему болею? В глотку не лезет. Сколько раз пытался. Вот пиво — пожалуйста.

— Ну, парень, дурное дело не хитрое. Я тебя быстро научу. Кстати, Павел Алексеич. — Сосед привстал, протянул руку. — Можно — дядя Паша.

— Очень приятно. Лобс… э-э, Олег. — Рука у соседа была как клешня — цепкая, жёсткая, сильная.

Дядя Паша разлил водку по рюмкам, пододвинул к Лобстеру стакан с апельсиновым соком.

— Ты, Олег, сначала маленький глоточек соку сделай, потом водку махом до дна, потом снова соком, чтоб упала. А потом закусишь.

— Ну, не знаю. Вряд ли. Не в коня корм, как говорится. Ещё заблюю здесь всё, — вздохнул Лобстер.

— Ничего, мы и не такое видали, — усмехнулся сосед. — А заблюёшь — уберём. Ну, будем знакомы!

Лобстер выпил так, как советовал дядя Паша: сок, водку, снова сок, спиртное действительно пошло на удивление легко. Он не выпучивал глаза, не давился — даже сивушного привкуса во рту не осталось.