– Так может это и не за нами следят? – приняв предложение пройтись и, прихватив свою жену под локоток, предположил вполне возможный вариант «турист». – Всё же мы находимся близ отеля. А в двух шагах отсюда и вовсе располагается здание посольства США. Тут кто угодно может являться целью для наблюдения.

– Что же, признаться, в логике вам не откажешь, – не стал тут же кидаться уверять собеседника в обратном Александр. – Подобный вариант вполне имеет право на существование. И даже, может быть, за кем нибудь еще следят. Но в вашем случае, увы, я полностью уверен в наличии топтунов. Больно уж непрофессионально они себя повели, как только ваша чета показалась в дверях отеля. Я ведь точно так же, как и они, высматривал именно вас, от того и засек их было начавшуюся суету. Видать, не лучших специалистов данного дела отправили по вашу душу. Да оно и понятно почему. Чистка рядов, идущая, в том числе, внутри НКВД, зачастую выбивает наиболее старые и опытные кадры. А им на смену срочно ставят вчерашних курсантов, дабы закрыть образовавшуюся прореху.

– Приму к сведению, – нейтрально произнес в ответ мистер Робинсон, тем самым, ни соглашаясь, ни выражая недоверие, словам так и не представившегося ему «товарища». – Итак, вы предлагаете нам как можно скорее покинуть Советский Союз. Как именно вы посоветуете это сделать, раз уж билеты нам стали недоступны? – он не был дураком и тоже видел нехорошие тенденции творящегося в первом государстве рабочих и крестьян дележа власти. Просто надеялся, что разразившаяся буря его минует. Но весть о казни, а по другому и не скажешь, Берзина меняла слишком многое. К тому же, его сейчас не вербовали, нет. Ему давали лишь шанс на спасение, предлагая покуда отсидеться в стороне, в чем так то не имелось ничего особо криминального.

– Простите, но у меня нет никакой возможности помочь вам с эвакуацией. Опять же – не мой профиль. А все связи, что ранее имелись, уже полностью утрачены, – удрученно покачал головой Геркан. – Я ведь тоже, как и вы, лишь совсем недавно вернулся из продолжительной зарубежной командировки. И сразу с корабля на бал. Только бал этот, судя по всему, дал сам Сатана. Поверьте, если бы не личная просьба Яна Карловича поспособствовать спасению, как вас, так и еще ряда товарищей, мы с вами никогда бы не увиделись. Он, видно, чувствовал, что доживает последние дни на свободе, вот и постарался уберечь наиболее ценных специалистов, вроде вас и меня. Но, кто же мог предположить, что его вовсе казнят едва ли не мгновенно! – поплакался и о своей судьбинушке Александр, заодно создавая ложный след, на случай если собеседник отправится таки сдаваться сотрудникам НКВД. – А вот помочь вам за рубежом я как раз сумею. Товарищ Берзин успел передать мне все бумаги по парочке секретных счетов. Потому на 200 тысяч долларов вы можете рассчитывать смело. Подобную сумму я обязуюсь предоставить вам, ежели и сам сумею выехать за границу. Этого должно будет хватить с лихвой на покрытие всех ваших потерь, поскольку не только Робинсонам, но и Рубенсам, весьма желательно раствориться на просторах Европы и никогда не возвращаться обратно в США. Во всяком случае, официально. Стало быть, придется бросить всё нажитое за последние годы – дом, машины, катер, – да конкретно эти сотрудники разведывательного управления жили на очень широкую ногу и даже имели прислугу. – На время, года так на два, я вам советую вовсе оборвать все связи со своими прежними личностями и уж тем более с Москвой, пока тут не подойдет к логическому завершению процесс дележки власти. Найдутся же у вас в загашнике ещё несколько паспортов?

– И как мы сможем получить означенные деньги? – помолчав с полминуты, тем самым беря хоть какое то время на раздумывание, поинтересовался многоликий Дональд.

– Как я и сказал, вы можете на них рассчитывать лишь в случае моего удачного отъезда из СССР.