Перед глазами всплыло входящее сообщение от незнакомого номера.

«Одного живьем».

Ага, ну что ж, принял. Их пятеро, я один, причем скорее должен продемонстрировать то, на что способен, потому что девчонки их и сами бы перебили. Правда, кто-то из них наверняка оказался бы ранен, а то и убит. А меня в общем-то можно не жалеть.

Но шансы есть, потому что это по-прежнему не бойцы, а всего лишь быдло с улиц. Только вот одного живьем. Будет лучше, если это окажется главный, тот самый, что нагло говорит. Думаю, Маман будет интересно пообщаться с ним в другой обстановке.

Первый шаг был ясен, дальше надо будет действовать по обстановке, как и всегда. Ладно.

Я сделал шаг вперед, схватил парня за ворот куртки, резко притянул к себе и ударил головой в лицо. Послышался отчетливый хруст и глаза моего врага закрылись, после чего он стал опрокидываться назад, на спину.

Сотрясение мозга. Потеря сознания.

Отпустив его, я рванулся в сторону, одновременно правой рукой выхватывая нож. Здесь двое стояли достаточно близко. Левой рукой я схватил ближайшего за руку, рванул к себе, а потом полоснул ножом по горлу, отчего во все стороны брызнула кровь. А потом вогнал клинок в шею второму по самую рукоять.

Резаная рана шеи. Повреждения сосудов. Смертельно опасное кровотечение. Смерть в течение одной минуты.

Колотая рана шеи. Повреждение спинного мозга. Мгновенная смерть.

Выхватил пистолет из ладони того, которого по-прежнему держал, вскинул, прицелился в правого и нажал на спуск. Звук выстрела еще не успел смолкнуть, а я уже пальнул во второго. Попал ему точно в голову, отчего содержимое чего черепной коробки вынесло на ближайшую стену.

Огнестрельное ранение головы. Повреждение мозга. Мгновенная смерть.

Огнестрельное ранение головы. Повреждение мозга. Мгновенная смерть.

Ну что ж. Четыре трупа, пятый в отключке, все помещение в крови и мозгах. А я в общем-то тоже, не везет мне в этом плане. Опять отмываться придется. Привык я убивать вот так вот, некрасиво. Но оно даже правильно, вид умирающих жутким образом своих, деморализует. На это и рассчет.

— Ну что ж, ты хорош, — проговорила Маман. — Лучше многих. И показал, что крови не боишься. Хватай этого и потащили вниз. А ты, Рика, останься тут и проследи, чтобы все вычистили. Всем клиентам продление на час за счет заведения, здание закрыть и новых не пускать. И чистильщиков позовите, надо трупы прибрать.

Я наклонился, выдернул нож из шеи бандита, вытер лезвие об его одежду и спрятал в ножны. Потом похлопал того, что был в сознании, вытащил у него из кармана обычную выкидуху, из плечевой кобуры пистолет и небольшой револьвер с лодыжки. Все это побросал на землю, после чего забросил тело на плечо и пошел следом за Маман.

Снова пришлось спускаться в подвал. Помещение, в которое она отвела меня, как две капли воды походило на допросные, которые я видел на базах «Клинков»: такая же плитка повсюду, стоки в полу и самое разное оборудование, развешанное по стенам и разложенное повсюду. Впрочем, допросные наверняка везде одинаковые.

В центре стояло кресло с ремнями, оно было прикручено к полу. Я посадил на него бандита, после чего принялся связывать. Дело было привычное, нам нередко приходилось похищать высокопоставленных командиров, вывозить их на свои базы, и там держать в импровизированных тюрьмах. Ну и допрашивать, естественно тоже.

Черт. Никто из жителей Новой Москвы не хотел бы знать, что мы делали с этими бедолагами.

— Давай, приводи его в себя, — сказала Маман, сделала шаг к нему и вставила что-то в разъем на шее. Какой-то чип. — Нам нужно знать, где они держат нашу Гамми.

— Сперва расскажи мне, в чем дело, — сказал я.