— Нам пригодился бы такой сотрудник, — продолжил он, не обратив внимания на выражение моего лица. — Точнее, нашей службе безопасности пригодился бы такой сотрудник. А учитывая то, что вы оказались в щекотливой ситуации.

— Если точнее сказать, то я в дерьме, — ответил я. — Вы насчитали почти три десятка трупов. Полиция знает об одном. Но даже этого хватит, чтобы упечь меня далеко, и очень надолго.

— А что если я скажу вам, что если вы сейчас поставите подпись в трудовом договоре, то тут же сможете покинуть участок? То, что все события последних дней попросту забудутся и все.

— Ага, — кивнул я. — Все убитые бандиты воскреснут, у полицейских раны заживут. Так вы это себе представляете?

— Нет, но вас последствия касаться уже не будут.

— И что же это будет? Поддельное алиби, настолько железобетонное, что его проверять не надо? Легавые получат по крупной сумме и решат, что их ранил совсем другой человек. Записи с камер попросту исчезнут.

— Не надо так, Хантер, — он покачал головой. — Наши методы не должны волновать вас. Главное — что вы снова окажетесь чисты перед законом, понимаете?

— А в обмен? Я не люблю быть должен, это для кармы вредно.

Если бы я верил в карму, то давно должен был бы надеть вериги и отправиться пешком в паломничество через весь мир. Скажем, в Тибет, за который между собой воевали Индия и Китай, в результате чего он превратился в необитаемую помойку, загаженную вирусами, боевыми отравляющими веществами, и радиацией.

— Вам никто не даст остаться должным, — он покачал головой. — Вы будете работать на нас, станете сотрудником службы безопасности. И получать вы будете очень даже неплохие деньги. Скорее всего, процентов на двадцать больше того, чем в частной…

— Чем я должен буду заниматься? — прервал я его.

— Тем же, чем и раньше, — ответил он.

— Бегать по джунглям, искать партизан и резаться с вражескими ЧВКшниками? — спросил я.

— Почти, — ему явно не понравился мой тон. — Вместо джунглей будут другие локации. Чаще всего, здесь, в России, хотя иногда, разумеется, придется отправляться и за границу. А вместо вражеских ЧВК будут местные бандиты. Наемники. Иногда — службы безопасности других компаний. Сами ведь понимаете, промышленный шпионаж — это настоящий бич наших времен.

Ага, еще бы я об этом не знал. Да любой, кто хоть немного читает СМИ и интересуется новостями, об этом знает. И это при том, что официально все корпорации сообща работают на благо России. Но нет, на самом деле это тот еще клубок змей, единственное, что их сдерживает от открытых войн — это наличие внешнего врага. Ну и правительство, естественно. Красавцев такого не потерпит, он больше всего ценит порядок. Определенную власть он корпорациям передал, но в случае чего быстро даст им укорот.

— Короче, еще одна теневая война, так? — спросил я. — Только уже здесь, на Родине.

— Вы можете ознакомиться с контрактом, — он вытащил из кармана плоскую коробочку и нажал на кнопку. Она тут же разложилась и спроецировала голографический экран. — Там расписаны все ваши права и обязанности, и наши обязательства, как вашего нанимателя.

Пиджак протянул мне девайс, недешевый, кстати, месячное жалование рядового менеджера стоит. А этот, может быть, и подороже даже. И я погрузился в чтение.

Интересно получалось. Они не только возлагали на себя обязанности, они давали и нехилые права. Та же юридическая поддержка. А если учесть, что адвокаты у корпоратов наверняка пользуются грязными методами, то я получаю неприкосновенность.