Не желая больше видеть этой мольбы и темных искорок разочарования во взгляде маленького беззащитного существа, я поднял глаза на богиню и вложил в ее требовательно протянутую руку поводок… Поздно уже сомневаться, а раскаиваться… раскаиваться еще слишком рано…

Богиня резко дернула на себя поводок, безжалостно отрывая от меня съежившуюся до размеров котенка кошку. Волна боли захлестнула тело, и я невольно посмотрел вниз, на свою ногу: голень была исполосована когтями так, словно от меня отдирали не кошку, а тигра. Впрочем, в некотором роде… да, это действительно было так. — Ну что ж, Отступник, счастливого конца тебе. Ты сам выбрал свою судьбу, – насмешливо бросила богиня, а потом белозубо улыбнулась и исчезла, словно ее и не было. Вот только вместе с ней исчезла и часть меня… пусть меньшая, пусть нелюбимая, но часть…

Вот и все. Теперь я всего лишь еще один смертный на просторах единого мира. Но у меня еще остались силы на последнее маленькое колдовство – надо только решить, откуда я хочу начать свой путь. Бескрайние таежные степи севера? Озерные красоты запада? Знойные пустыни юга? Или, может, величественные леса востока? Куда бы мне податься? Странно, я так долго боролся за свою свободу, а теперь, обретя ее, даже не знаю, на какую тропу ступить…

«Ладно, разберусь по пути», – решил я и шагнул во мрак портала, не имеющего четкой привязки к точке выхода… — Ксан! Опять спишь?! Вот дождешься – уволю я тебя ко всем двуликим!

Я сонно заморгал, пытаясь найти источник шума. Надо мной, уперев руки в бока, стоял главный архивариус, мужчина неопределенного возраста, невысокий и худой, с реденькими темно–серыми волосиками и взглядом оголодавшего коршуна.

Вот бездна и все ее порождения! Меня и вправду сморило. Да еще и какой‑то бред приснился… Впрочем, это‑то как раз и неудивительно: жара стоит такая, что не только мозги плавятся, но и воздух перед глазами плывет. А еще и текст на этот раз попался на редкость нудный. — Увольняй, – покорно согласился я, но потом, не удержавшись, ехидно добавил: – Только где ты найдешь еще одного идиота, знающего три древних наречия, для перевода этих трухлявых книжек? — Да уж найду где‑нибудь, – проворчал архивариус, но уже как‑то по–доброму. – Тебя же нашел. — А таких, как я, больше нет! – гордо сообщил я. – Тебе достался уникальный экземпляр, Арьех. — Но ведь откуда‑то ты вылез. — Вылез, но и там таких больше нет, – мигом посерьезнев, сказал я. Шутить или паясничать как‑то сразу расхотелось. — Ладно, уникальный ты наш, лучше скажи, как продвигаются дела с этой рукописью. — Медленно. Я бы руки оторвал писцу за такой почерк! И голову – за мозгодробительный слог! – немного подумав, добавил я. – И кому приспичило в такие сжатые сроки обзавестись переводом старых сказок?! — Сказок? – переспросил Арьех, глядя на обитый золотом толстенький томик, лежащий передо мной. — Сказок, – подтвердил я. – Это сборник легенд об Изначальных богах, их Изгнании и их стражах. — Что‑то я не слышал этих историй, – нахмурился Арьех, уже с некоторой долей подозрения рассматривая книгу. Архивариус считал себя истинным знатоком древней литературы, и сам факт того, что он может чего‑то не знать, сильно раздражал его. — Почему же не слышал? – Я поспешил успокоить его. – Это ведь самая известная легенда, пришедшая с тех времен, – легенда о двуликих. — Об оборотнях? А при чем здесь эти проклятые твари? — А как же без них? Если верить этой книжице, то оборотни и были стражами Изначальных. — Да? Любопытно. Дашь потом перевод глянуть? А то самому интересно, что об этих тварях писали тысячу лет назад. — Ну, примерно то же, что и сейчас. Только, знаешь, Арьех, я в них не верю.