С ревом, как два доисторических монстра, два хатта наносили друг другу мощные удары. Чаще они промахивались, чем попадали в цель. Они сталкивались грудью, боролись руками и крушили хвостами все, что было поблизости.

Дорзо давным-давно сорвался с места и скрылся без следа.

«Убить… убить… УБИТЬ! УБИТЬ!! УБИТЬ!!!» — кричал разум Дурги. Он был охвачен яростью. Джилиан ударила его хвостом, чуть не опрокинув, и снова с рычанием бросилась на него. Дурге едва удалось уйти в сторону прежде, чем он мог быть раздавлен ее гигантским животом.

Молодой хатт нанес ей тяжелый боковой удар в голову, заставивший ее покачнуться. Ответная ее атака прошла мимо, и от нее задрожали стены.

Сначала Джилиак сыпала проклятиями и угрозами, но через несколько минут начала задыхаться и стала беречь силы для боя. Неподвижный образ жизни давал о себе знать…

«Если бы я только мог продержаться дольше нее…» — подумал Дурга, понимая, что это очень большое «если»…

* * *

Хэн Соло разбирался с декларациями на груз с рудников Кесселя для Джаббы, когда он, Чуи, Джабба и все остальные услышали грохот и рев, за которыми последовала серия ударов и приглушенных звуков бьющихся предметов. Человек, вуки и хатт удивленно переглянулись.

— Что это? — поинтересовался Хэн.

— Должно быть, моя тетя снова не в духе.

Лет десять назад Хэну довелось быть свидетелем дурного настроения Джилиак, так что он без труда поверил этому. Он уже собрался вернуться к работе, когда их слуха достигли два вопля. Один за другим — в два разных голоса.

Джабба встревоженно выпрямился.

— Скорее!

Хэн и Чуй вприпрыжку побежали рядом с хаттом, ведущим их в направлении звуков. Он только удивлялся, как быстры могут быть хатты, когда это им нужно.

Достигнув зала аудиенции Джилиак, они заметили молодую блондинку, стоявшую у входа. Через ее плечо Хэн увидел Джилиак, сошедшуюся в смертельном бою с хаттом гораздо меньшего размера. Незнакомец имел уродливое родимое пятно, расплывавшееся по всему глазу и нижней части лица. Два гиганта ревели и вставали на дыбы, сшибаясь массивными телами.

Когда Хэн, Чуй и Джабба приблизились, женщина качнула головой и подняла руку, останавливая их.

— Нет, — сказала она. — Не вмешивайтесь. Дурга вызвал главу клана на бой по Старому Закону.

К удивлению Хэна, Джабба не смел женщину с пути и не устремился на помощь тете. Вместо этого он склонил голову в хаттском подобии поклона.

— Должно быть, вы — Гури, — сказал он.

— Да, Ваше превосходительство, — ответила она, В этот момент в коридоре с топотом появился отряд охранников с силовыми пиками наперевес. Джабба развернулся, чтобы остановить их. Гаморреанцы тупо и удивленно заморгали.

— У моей тети приступ гнева, — сказал он. — Вы здесь не нужны.

Начальник охраны посмотрел на него с сомнением, но он не мог видеть, что происходит за спиной Джаббы. Он потоптался на месте, его поросячий пятак дрожал от жажды боя.

— Я сказал — пошли прочь! — заорал Джабба, размахивая руками. С ворчанием и фырканьем они развернулись и неуклюжим бегом направились обратно в зал.

Хэн заглянул в зал аудиенции и увидел Джилиак, наносящую удар сокрушительной силы. Меньший хатт едва успел вовремя увернуться. Кореллианин взглянул на Джаббу.

— Ты не хочешь остановить это?

Чубакка эхом вторил вопросу Хэна. Джабба моргнул. Его глаза были полны коварства.

— Дурга — глава клана Бесадии, — сказал он.