Он проехал через зал аудиенции, оставив распростертое тело Джилиак на полу.

Добравшись до выхода, Дурга остановился напротив Джаббы. В лучшие времена, подумал Бесадии, он мог бы сразиться с Джаббой на равных. Сейчас же… об этом не могло быть и речи.

Гури шагнула вперед с легким уважительным кивком.

— Поздравляю с успешной битвой, Ваше превосходительство.

Дурга повернулся к женщине.

— Гури. Ты служишь у принца Ксизора убийцей, верно?

— Я содействую принцу всеми доступными мне средствами, — спокойно сказала она.

— Ты можешь убить хатта? — спросил Дурга.

— Без сомнения, — ответила она.

— Тогда… убей Джаббу, — сказал Дурга.

Гури слегка покачала головой.

— Нет, Ваше превосходительство. Мне было приказано помочь вам в отмщении Джилиак. Это выполнено. Теперь мы уходим.

Невзирая на это, Дурга двинулся к Джаббе, но помощница Ксизора встала между ними. Действие было понятно без слов.

— Мы уходим сейчас, — повторила она.

Джабба сдвинулся с места, пропуская их, и Гури ловко запрыгнула на репульсорное кресло Джилиак. Услышав новый топот, Дурга увидел охранников, бегущих к ним, но Джабба остановил их поднятием руки.

— Я отпустил вас! — сказал он. — Убирайтесь!

Охрана поспешно ретировалась.

Джабба посмотрел на Гури.

— Я не собираюсь зря их расходовать. Против большинства вторженцев — это довольно надежная защита.

Гури кивнула и направила кресло вперед. Дурга гневно сверкнул глазами на Джаббу, но остатки сил покинули его. Он мог только лежать, развалившись в кресле, слишком измотанный, чтобы даже радоваться своей победе…

* * *

Джабба медленно приблизился к огромному телу своей тети. Он с трудом мог поверить, что она мертва, и знал, что ему будет не хватать ее. Но, как он сказал Хэну Соло, это был бизнес. На благо Десилийков, как и его самого…

От вида размозженной бесформенной головы у него выворачивало желудок. Джабба знал, что теперь долго не захочет есть.

На мгновение он задумался над тем, что ему следует предпринять первым делом — сейчас, когда он стал бесспорным главой Десилийка. Скорее всего, его вызовут на Верховный Совет Хаттов, но когда они узнают, что это была битва предводителей кланов по Старому закону, у них едва ли найдутся возражения.

А если его спросят, Джабба скажет им, что Джилиак действительно была причастна к отравлению Арука…

Внезапно Джилиак шевельнулась.

Джабба вскинулся в неверии и шоке. «Она возвращается к жизни! Она будет в ярости! Нет! — Все его сердца забились в диком ужасе. — Что могло произойти? В том, что его тетя была мертва, сомнений быть не могло… ни единого».

Огромный труп снова зашевелился, и из брюшной сумки выполз ребенок Джилиак. Джабба перевел дух. Мне следовало догадаться, подумал он, раздосадованный своим сиюминутным подозрением и страхом.

Маленькое, похожее на червя создание поползло вперед, размахивая маленькими отростками и издавая бессмысленные булькающие звуки.

Джабба злобно посмотрел на него. Он знал, что станет неоспоримым главой Десилийков в любом случае, но зачем оставлять концы?

Медленно и хладнокровно он двинулся к беспомощному детенышу.

* * *

На следующий день после победы над Джилиак глава Бесадии чувствовал себя настолько разбитым, что едва мог двигаться. Ему удалось скрыть боль, когда его вызвал Тероенза и сообщил, что тело Киббика было доставлено домой, как и приказывал Дурга.