— Хатт не просто хитер, а еще и красноречив, похоже, — прокомментировал он, обращаясь к своему человекоподобному дроиду-убийце, Гури. — С Дургой будет сложнее, чем я ожидал. Дроид, имевший внешность ослепительно красивой, женщины-человека, сделал едва заметное движение рукой. При этом его значение — угроза — в жесте угадывалось безошибочно.

— Почему бы тогда не убрать его, мой принц. Это несложно…

Ксизор кивнул.

— Знаю, для тебя, Гури, даже толстая шкура хатта не составит проблем. Но убить потенциального противника — это далеко не так эффективно и эффектно, как сделать его верным подчиненным.

— По всем сведениям, власть молодого главы Бесадии и его кажидика над кланом по-прежнему невелика, мой принц, — сказала Гури. — Возможно, что Джабба Хатт будет более подходящим кандидатом?

Ксизор покачал головой.

— Джабба был полезен мне в прошлом, — сказал он. — Мы торговали информацией между собой — практически все я знал и без этого — и я оказал ему кое-какие услуги. Лучше пусть он будет обязан мне, чтобы, когда я захочу возвращения долгов, он сделал бы это с… энтузиазмом. Джабба уважает «Черное солнце». И боится его, хотя никогда этого не признает.

Гури кивнула. Большинство существ в Галактике, кто обладал здравым смыслом и знал хоть что-то о «Черном солнце» — хотя большинство как раз не знало, — боялись этой организации.

— К тому же Джабба слишком… независим, слишком привык делать все по-своему, — задумчиво продолжил Ксизор. — С другой стороны, Дурга не менее умен и в отличие от Джаббы достаточно молод, чтобы можно было эффективно… слепить из него то, что мне нужно. Он будет ценным прибавлением для «Черного солнца». Хатты беспощадны и корыстны. Одним словом, идеальны.

— Я поняла вас, мой принц, — сдержанно ответила Гури, которая, надо сказать, всегда была сдержанна. Она была, в конце концов, искусственным творением — хотя настолько же превосходила большинство лязгающих неуклюжих механизмов, которые принято было называть дроидами, насколько принц Ксизор превосходил тех ползающих существ, что были его дальними эволюционными родственниками.

Ксизор подошел к своему креслу и опустился в него, располагаясь в нем почти с ленью, пока кресло услужливо подстраивалось под каждое его движение. В задумчивости он водил острым пальцем по своей щеке, слегка касаясь когтем зеленоватой кожи.

— «Черному солнцу» нужно закрепиться в хаттском пространстве, и Дурга — мой лучший шанс сделать это. К тому же… Бесадии контролируют Илезию, и та операция, хоть и малая по масштабу в сравнении с большинством предприятий «Черного солнца», впечатляет меня. Господин Арук был хитрейшим старым хаттом. Он бы никогда не стал работать на меня… но его сын может оказаться другим.

— Каков ваш план, мой принц? — спросила Гури.

— Я дам Дурге время осознать, как сильно он нуждается в «Черном солнце», — ответил Ксизор. — Гури, организуй тщательное наблюдение за расследованием Дурги касательно смерти Арука. Я хочу, чтобы наши разведчики опережали знания Дурги о том, что обнаружила группа экспертов. Я хочу знать, как умер Арук, до того, как это узнает глава Бесадии.

Она кивнула.

— Будет исполнено, мой принц.

— И если открытия экспертов Дурги обнаружат причастность к убийству Арука — скорее всего, Джилиак или Джаббы, — то я хочу, чтобы эта связь была уничтожена наиболее тонким образом. Я не хочу, чтобы Дурга понял, что ему намеренно мешают в поисках убийцы его отца… это ясно?

— Да, мой принц.