— Должно быть, гравиколодец или магнитное поле повредили ее навикомпьютер, и она вышла из микропрыжка не там, где надо… — Хэн выдохнул, чувствуя, как его грудь словно сжало гигантской невидимой рукой. — Ох, Чуй… ей не выжить…

За несколько минут корабль Саллы достигнет апоастра самой высокой и медленной точки своей орбиты вокруг умирающей звезды. Потом, еще через какие-то минуты, орбита «Отчаянного беглеца» завернет, и корабль Саллы пройдет сквозь край плазменного выброса. Смертельный уровень радиации сожжет ее за мгновения.

За два удара сердца сотня воспоминаний о Салле промчалась в голове Хэна. Салла улыбается ему спросонок… Салла в сверкающем платье ведет его на вечер в казино… Салла с перепачканным лицом чинит гипердвигатель — так же легко, как большинство людей готовят завтрак… За исключением того, что Салла никогда не умела готовить…

— Чуй… — хрипло прошептал он, — мы должны попытаться спасти ее.

Чубакка бросил на него взгляд, потом указал мохнатым пальцем на сенсоры и зарычал.

— Знаю, знаю. «Отчаянный беглец» ужасно близок к этому всплеску, — сказал Хэн. — И если мы приблизимся, велик риск того, что наш корабль собьется с курса и последует туда же за «Беглецом». Но, Чуй… мы должны попытаться.

Голубые глаза вуки сузились целеустремленно и решительно, и он согласно зарычал. Салла была их другом. Они не могли бросить ее.

Хэн открыл частоту на коммуникаторе «Сокола», одновременно лихорадочно задавая расчеты своему навикомпьютеру.

— Салла? Салла? Это Хэн. Дорогая, ты там? Мы постараемся до тебя добраться… но ты должна будешь делать то, что я тебе скажу. Салла? Прием!

Пока навикомпьютер просчитывал возможные вектора приближения, он еще два раза попробовал установить связь. Он знал, что магнитные поля, ионизированный газ и выбросы плазмы могли навести помехи, но надеялся, что мощные передатчики и сенсоры «Сокола» смогут сквозь них пробиться.

— Чуй, скажи Ярику, пусть оденет вакуумный скафандр и стоит возле шлюза с магнитным захватом и лебедкой. Я велю ей катапультироваться, мы пересечемся с ее траекторией и подберем ее.

Чуй скептически посмотрел на Хэна.

— Не смотри на меня так! — отрезал Хэн. — Я знаю, что это будет сложно! Навикомпьютер рассчитает вектор так, чтобы мы держались в стороне от магнитного поля выброса. Не стой тут и не говори мне, что все может пойти не так! Давай!

Чубакка поспешно вышел.

Хэн снова обратился к коммуникатору.

— Салла… Салла, это «Сокол». Прием. — Он подумал, не ударилась ли Салла о приборную панель при резком возвращении в реальное пространство. Она могла лежать там без сознания… или мертвой.

— Детка, ответь мне. Прием, Салла…

Он продолжал вызывать ее, приближаясь к, координатам апоастра. Магнитное поле нейтронной звезды было настолько мощным, что, должно быть, сбило все активные системы «Отчаянного беглеца» в тот момент, когда Салла вышла из гиперпространства. А значит, почти наверняка, это вывело из строя и единственную спасательную капсулу «Беглеца», так как эта система обычно была включена постоянно — готовая к экстренному и мгновенному катапультированию.

Салла все еще двигалась с той же скоростью, на которой она ушла в гиперпространство, но теперь она никак не могла затормозить или изменить направление. И что наиболее важно, ей не хватало мощности, чтобы вырваться из гравиколодца.