Несколько минут спустя, Хэн, уже взмокнув, начал вводить в курс поправки, ведущие его к точке пересечения. Он сбросил скорость… замедлил корабль еще… и еще раз. Остановиться полностью он не решался, опасаясь, что его затянет в магнитное поле…

Он не отрывал взгляда от сенсоров. На экранах вырастал «Беглец», висевший на расстоянии не больше пятидесяти километров.

— Ярик, я держу визуальный контакт с. Будь на связи.

— Понял тебя, Хэн. Я на связи.

Успела ли Салла катапультироваться? Хэн попробовал вызвать ее. Ответа не было, но велика была вероятность того, что комлинк ее скафандра недостаточно мощен, чтобы пробиться до него сквозь помехи.

Обреченный фрахтовик вырастал на обзорном экране. Хэн сбросил скорость еще раз, едва решаясь моргнуть. Где она? Хватило ли у нее смелости прыгнуть?

Смелости Салле было не занимать, Хэн знал это. Но прыгать в космос, где только ты и бездонный вакуум — это любого напугает. Хэн закусил губу, представляя, как она отталкивается от шлюза «Беглеца» и запускает первый ускоритель. Ему случалось одевать космический скафандр, но болтаться в бесконечной пустоте, простиравшейся во всех направлениях, ему совершенно не нравилось. И уж конечно, он никогда не пытался в одном только скафандре бороздить просторы космоса. Кореллианин не был уверен, что у него хватило бы смелости сделать то, что он требовал от Саллы…

До того как стать контрабандисткой, Салла работала техником на корпоративном транспорте. Он надеялся, что она не утратила своих навыков управления скафандром.

Хэн посмотрел на схемы своих навигационных панелей. На них светилась нейтронная звезда и спирально направленная вниз орбита «Беглеца». Точка «Сокола» быстро приближалась к ней. Тридцать кликов…

Ядовито-зеленый язык гибельной плазмы, окруженный фиолетовым ореолом магнитного поля…

Хэн сглотнул. Так близко…

Расстояние сократилось до двадцати кликов. Он поднял глаза и через обзорный экран посмотрел на плоский, напоминавший минока, силуэт «Беглеца».

«Где она? — подумал он, снова сверяясь с со схемой. — Где…?»

— Я вижу ее! — неожиданно закричал Хэн. — Ярик, я вижу ее! Пока только на приборах, но будь начеку!

Он внес несколько небольших изменений в курс, чтобы точно совпасть с траекторией Саллы. Она шла к нему на хорошей скорости, достаточно быстро, чтобы двигаться по прямой, но не настолько, чтобы подвергнуться риску потерять контроль и сорваться в штопор. Хэн восхитился ее умением обращаться со скафандром.

— Готово, Хэн, — сказал юноша, затем пробормотал что-то в полголоса… молитву? Хэн был слишком занят, чтобы спрашивать.

Кореллианин включил внутренний передатчик.

— Чуй, аптечка наготове?

Утвердительный рык.

Наблюдая за ее точкой, Хэн продолжал следить за экранами, и вдруг…

— Вижу ее! Визуальный контакт! Ярик… магнитным захватом по моей команде…

Хэн мысленно отсчитал секунды. Три… два… один…

— Огонь!

Миг напряжения…

— Поймал! Включаю лебедку!

— Чуй, ты слышишь ее?

Чубакка проревел — еще нет, но как только услышит, даст Хэну знать.

— Ярик, Ярик, как она?

— Подтягиваю ее, Хэн! — мгновение спустя, он добавил: — Есть, Хэн, она внутри! Закрываем шлюз!

Передатчик разразился ревом Чубакки.

— Верно! — сказал Хэн. — Сматываемся отсюда!

Хэн изменил курс и увеличил скорость, выдергивая корабль из гравиколодца нейтронной звезды.