— Что ты, малыш? — ласково ворковал Шрайк.— Старый капитан чуть-чуть разыграл тебя, вот и все, не больше. И вовсе не собирался я отдавать тебя хаттам, да ни за что. А ты в курсе, что ты убил одного из них, малой? Хаттам такое не нравится, ох не нравится... Они всю Галактику перероют, но отыщут старину Драйго, знаешь?

   — Стой где стоишь,— буркнул в ответ Соло.

   Он услышал, как дрожит голос, и перепугался. Он ни разу ни в кого не стрелял, а с хладнокровным убийством у него вообще было из рук вон плохо. Хэн понятия не имел что делать дальше. И получится ли? Шрайк ухмыльнулся, будто читал мысли.

   — Ну-ну, сам знаешь, что не станешь в меня стрелять. Не сумеешь. Я же тебе вместо отца...

   Хэн ответил столь тяжеловесным ругательством из репертуара хаттов, что Шрайк восхищенно приподнял бровь.

   — Ух ты! А ведь, пока ты бегал без поводка, ты стал таким сквернословом, нехороший мальчик!

   Он все еще не остановился, их разделяло метра четыре. Хэн покрепче стиснул в потных ладонях рукоять бластера; дуло плясало как одержимое.

   — Давай-ка спустимся пониже и все обсудим,— от негромкого голоса капитана тянуло в сон.— Даю слово, я ничего тебе не сделаю.

   — Слово, э? — Хэн рассмеялся; смех перешел в кашель.— Ну ты даешь... Твое слово и плевка не стоит.

   — Даю слово, честно! — повторил Шрайк.— Кроме того, если ты меня сейчас застрелишь, то уже никогда не узнаешь о родителях. Кто они такие и почему бросили тебя в порту, где я тебя потом отыскал.

   — Тебе известно, кто они? Знаешь, почему меня бросили? — Хэн сглотнул, колючий комок оцарапал горло.— Тогда начинай говорить и, может быть, сохранишь жизнь.

   Оставался метр, не больше, Шрайку было достаточно протянуть руку. Надо было стрелять, нельзя верить капитану... но Хэн все равно медлил.

   — Говори!

   — Скажу, все расскажу, с подробностями, когда опустишь бластер. Даю слово.

   Пристрели его! Взвизгнул внутренний голос. Не медли!

   Тонкий лазерный луч клюнул Шрайка в грудь. Капитан нелепо замахал руками, лицо Гарриса исказилось от боли и страха. Шрайк упал как подкошенный, он умер еще до того, как ударился о крышу. Хэн недоверчиво уставился на собственные руки. Палец все так же лежал на спусковом крючке, им никто не шевелил, пилот мог ручаться... или нет?

   Секундой позже кореллианин сообразил, что стреляли из другой точки, из-за его спины. Хэн крутанулся, не поднимаясь с колена, и чуть ли не нос к носу столкнулся с другим человеком. Молодым, среднего роста, малопримечательным. Темные волосы в лунном свете казались заиндевевшими. В руке парень держал бластер, и на нем не оставалось места, где не стоял бы ярлык «охотник за головами».

   — Финиш, пацан, добегался,— произнес незнакомец, снимая с пояса наручники.— Вставай, пойдешь со мной.

   Те первые выстрелы, запоздало сообразил Хэн. Вот кто стрелял... Шел следом за нами, подождал, когда Шрайк проделает всю грязную работу, и получил меня на блюдечке. А бантиком я, очевидно, сам должен перевязаться.

   Что-то не то, видимо, с его лицом; все читают мысли как хотят и не спрашивают разрешения.

   — Я знал, что Гаррис разыщет тебя,— добавил охотник за головами.— У хаттов не оказалось твоего изображения, вот я и наблюдал за Шрайком, раз уж он воспитал тебя, а, Викк? Я знал, что рано или поздно он тебя найдет и сделает мне роскошный подарок.

   Нет! Не может быть! Ну как одна и та же дрянь случается с одним и тем же парнем дважды?!! Тело еще не оправилось от паралича, да и драка со Шрайком давала о себе знать, ныл и болел каждый мускул.