Бриа подняла на него недоуменный взгляд:

   — О чем ты, Викк?

   — Давай присядем где-нибудь— уклонился от ответа пилот.— Вон там, на берегу, хорошо?

   Драйго отвел ее на ровный участок пляжа, а когда из-за ближайшей дюны показались стоящие торчком уши Мууургха, желающего знать, не собирается ли парочка возвращаться, покачал головой.

   — Дай нам немного уединения, дружище.

   Тогорянин скрылся за барханом. Бриа наблюдала, как черный силуэт скользит вверх по склону следующей дюны и утекает за гребень. Как только Викк достал из кармана небольшой приборчик, у Брии зачастило сердце.

   — Это записывающий блок автоматического бортового журнала,— пояснил Викк.— Вывинтил из «Мечты». Пару месяцев назад я сделал одну любопытную запись. До того как Тероенза поручил тебе заняться коллекцией. Наберись терпения и прослушай, ладно?

   — Не знаю... мне уже все это не нравится,— пробормотала девушка.— Какое-то нехорошее у меня предчувствие...

   —   Пожалуйста,— умоляюще сказал Викк.— Ради меня. Просто прослушай запись.

   Бриа кивнула, судорожно переплетя пальцы. Океанский бриз, минуту назад такой приятный и освежающий, заставил девушку трястись от холода, несмотря на склоняющееся к западу солнце.

   Викк включил приборчик. Бриа услышала, как Викк приветствует жрецов и как те в ответ приглашают его принять грязевую ванну вместе с ними. Она узнала голоса Возвышенного Тероензы и сакредота Вератиля. Грязевые ванны. Жрецы рассказывали, как прекрасно они расслабляют. Бриа поерзала на песке, Викк предупреждающе поднял указательный палец и одними губами выговорил:

   — Обожди.

   Девушка заставила себя сидеть неподвижно, хотя ей хотелось бежать со всех ног. Жрецы явно не знали, что разговор записывается... да это хуже, чем подслушивать, хуже, чем шпионить!

   А затем— Бриа задохнулась в отвращении— она услышала, как Вератиль и Тероенза, смеясь, рассуждали о Возрадовании. Они говорили, что это не Божественный дар, что оно не имеет ни малейшего отношения к Единому и Всем! Бриа вскочила на ноги. Ветер сорвал с ее головы шапку, золотисто-рыжие кудри рассыпались по плечам, но девушка ничего не заметила. Ее трясло от злости. Викк посмотрел на нее, выключил записывающий блок и тоже поднялся с песка.

   —  Как ты мог?— глухим, подрагивающим голосом потребовала ответа Бриа.— Я думала, ты мне друг.

   Пилот шагнул к ней, миролюбиво подняв ладони.

   —  Бриа, солнышко, я и есть твой друг. И сделал это ради тебя, тебе нужно знать правду. Мне жаль, что...

   Ее рука размахнулась будто по собственной воле и залепила кореллианину звонкую пощечину. Викк пошатнулся, прижал ладонь к щеке.

   — Ты врешь! — крикнула Бриа.— Все врешь! Ты подделал запись, чтобы заставить меня нарушить обеты! Не отрицай!

   Пилот опустил руку, постоял, разглядывая девушку, и в глазах его были печаль и жалость. Потом Викк медленно покачал головой.

   —  Прости, малышка,— произнес он.— Мне жаль, и даже не выразить как. Но я ничего не подтасовывал. Ты слышала правду, можешь злиться на меня, ничего не изменится. У Тероензы и его банды нет никаких божественных даров.

   Отпечаток ее ладони темнел на его щеке, темно-красное пятно,— там, где пришелся удар. Бриа различила следы своих пальцев. Девушка подавила желание броситься к пилоту, бормоча извинения. Почему она вообще решила его ударить? Но потом она рассердилась.